Валерий Яковлевич Ефремов - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Валерий Яковлевич Ефремов - страница №1/3

На правах рукописи

БРОВКО Александр Сергеевич
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВЛАСТНЫХ СТРУКТУР ПО РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИДЕИ НРАВСТВЕННОГО ВОСПИТАНИЯ КОРПУСА РОССИЙСКИХ АРМЕЙСКИХ ОФИЦЕРОВ В УСЛОВИЯХ МИРНОГО ВРЕМЕНИ (1880 – август 1914 гг.)

Специальность 07.00.02 — отечественная история


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Самара 2007
Работа выполнена в государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Вольское высшее военное училище тыла (военный институт)»


Научный руководитель: кандидат исторических наук, доцент

Валерий Яковлевич Ефремов


Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Георгий Михайлович Ипполитов

кандидат исторических наук



Пилипенко Станислав Александрович
Ведущая организация: ГОУ ВПО «Ульяновский государственный университет»

Защита состоится 9 ноября 2007 г. в 16.00 часов на заседании диссертационного совета К. 212.216.03 в Самарском государственном педагогическом университете по адресу: 443099, г. Самара, ул. М. Горького, 65/67, зал заседаний ученого совета


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Самарского государственного педагогического университета по адресу: 443099, г. Самара, ул. М. Горького, 65/67, корпус 1

Автореферат разослан « 7» сентября 2007 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат исторических наук, доцент


О. А. Чернов




I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ
Актуальность темы обусловливается следующими обстоятельствами: 1. Особой значимостью исследуемого периода в истории государства Российского и его вооруженных сил1. 2. Вооруженные защитники Отечества сегодня — люди, которые испытали все негативные последствия глубинного социально-экономического, политического и духовного кризиса, в который была ввергнута наша страна, начиная со второй половины 1980-х гг. Следовательно, необходимо наращивать усилия и темпы в деятельности государственных органов по укреплению морального духа армии и флота, повышения уровня морально-психологического состояния личного состава частей и соединений, на что, в частности, нацеливает Военная доктрина РФ2. Это — комплексная задача. В ее решении непереходящую ценность имеет исторический опыт, накопленный, в том числе, и в армии России императорской, в частности в сфере реализации государственной идеи нравственного воспитания корпуса российских армейских офицеров в условиях мирного времени (1880 – август 1914 гг.). 3. Анализ рассматриваемой деятельности станет содействовать дальнейшей практической реализации принципа преемственности идей в развитии. Если некоторые наработки прошлого в сфере, упомянутой выше, экстраполировать на современные реалии воспитательной работы в Вооруженных силах РФ (разумеется, без догматизма и схематизма, а диалектически), то, по нашему суждению, подобное станет способствовать повышению эффективности и качества, в частности, нравственного воспитания современного офицерства. 4. Налицо необходимость критического осмысления и переосмысления достижений предшественников в историографической разработке исследуемой темы. Это облегчается тем, что в России постсоветской нет идеологической и политической цензуры, а в исторической науке все увереннее заявляют о себе новые походы, в рамках которых нет места догматизированному марксизму-ленинизму в большевистском его измерении. 5. Появилась реальная возможность исследовать рассматриваемую проблему на решительно обновленной источниковой базе. Ее основу составляют новые архивные документы, бывшие до недавнего времени недоступными широкому кругу исследователей в силу их засекреченности. Как следствие, в научный оборот вводятся новые, еще не известные или малоизвестные научной общественности документы и материалы. А это открывает возможности и рассмотрения проблемы в свете современных подходов к изучению истории нашего Отечества и определения перспектив будущих комплексных исторических исследований. 6. Немаловажно, базируясь на результатах обобщения исторического опыта по теме диссертации, сделать выводы, извлечь уроки, а также сформулировать научно-практические рекомендации, которые, по мнению соискателя, смогли бы стать полезными (разумеется, в определенной степени) для дальнейшего развития отечественной исторической науки, а также и совершенствования воспитательной работы в Вооруженных силах РФ, в частях и соединениях других силовых структур.

Степень научной разработанности проблемы. Анализ литературы и защищенных диссертаций, имеющих отношение к рассматриваемой проблеме, позволяет заключить: она нашла отражение как в отечественной, так и в зарубежной историографии. Отечественная историография. В ее рамках автор выделил такие условные историографические периоды: 1) историография России императорской (1880–1917 гг.); 2) советская историография (1920–1991 гг.); 3) постсоветская историография (с 1992 г. по настоящее время). Она характеризуется (с количественной точки зрения) большим числом литературных артефактов, различных по объему, жанру и научной значимости, в которых нашли отражение и некоторые аспекты нашей темы3.

Первый условный историографический период — историография России императорской (1880–1917 гг.). Наша тема рассматривалась, в первую очередь, в литературе, в которой авторы поднимали проблемы духовно-нравственного воспитания и военно-профессиональной подготовки армейского офицерства4; анализировали итоги и последствия проигранной самодержавием Русско-японской войны5; ход и результаты военной реформы 1905–1912 гг.6 Особое внимание следует уделить работам генерала М.И. Драгомирова, русского военного теоретика и педагога, автора многочисленных трудов по обучению и воспитанию войск. Для М.И. Драгомирова престол (то есть монархия и ее олицетворение — государь) и Отечество — неразделимые понятия. В конечном итоге, синтезировалась главная мысль: в военном деле на первом месте стоит человек с его нравственной энергией, поэтому в бою нравственная сторона должна преобладать над материальной7. Представляются оригинальными труды Г.А. Леера8, в которых он проводит мысль, что главная задача воспитания войск в мирное время — воспитание военного духа, составляющего суть военной организации масс. Понятно, что многие позиции ученого сегодня могут показаться несколько архаичными. Но то, что Г.А. Леер точно определил человека как главное действующее лицо войны, имеет актуальное значение и сегодня. Заслуживают отдельного анализа и труды генерал-лейтенанта Д.П. Парского, одного из идейных вдохновителей военной реформы 1905–1912 гг. По его мнению, особенно значимым являлось нравственное возрождение армии, стремление к возможной справедливости и уничтожению произвола, утверждение в войсках дисциплины, чувства воинского долга9. Пристального внимания заслуживает трёхтомный труд генерала А.Н. Куропаткина. Автор справедливо утверждает, что духовные силы армии находятся в непосредственной связи с духовными силами всего народа, которые зависят от семьи, религии, исторически сложившихся обычаев и привычек. Поэтому для русского человека готовность к жертве исторически обусловливалась его верой в царя, олицетворяющего Отечество. Именно высокий нравственный дух войск, по мнению экс-военного министра царской России, останется главным средством для обеспечения победы10.

В работе Н.А. Орлова также особое место занимает вопрос о значимости нравственного элемента в жизни армии. Анализу подвергается само понятие «нравственный элемент», отмечаются факторы, оказывающие на него решающее влияние, среди которых особо выделяется роль церкви. Религиозные церемонии, обращение командования к войскам накануне военных действий, общение офицеров с солдатами, личный пример военачальников всех степеней в бою – вот те способы, которые способствуют, по словам автора, «нравственному подъёму»11. Особое место в периодике того времени занимают публицистические сочинения А.И. Деникина — будущей крупной военно-политической фигуры в истории России. Он начал писать в конце 1890-х гг., печататься в еженедельных военных журналах «Разведчик», «Офицерская жизнь» и ежедневной газете «Варшавский дневник»12. Нравы и порядки в армии, боевая подготовка— такие темы затрагивает автор. Большая часть статей носит полемический и критический характер. Волнующей темой для А.И. Деникина являлась роль традиций в офицерской среде13. Анализ историографии России императорской позволил выделить в ней два условных направления: официальное (его ценность — базирование на обширном архивном материале)14 и неофициальное (для последнего характерен более критический подход в анализе морально-психологического состояния офицерства)15. Подчеркнем, что для данных направлений характерно освещение предмета исследования с позиций верноподданничества. А нравственные ценности преломляются, в первую очередь, сквозь призму любви к императору-самодержцу, олицетворяющему российскую государственность.



Второй условный историографический период — советская историография (1920– 1991 гг.). В его рамках выделено три условных историографических этапа: первый — 1920–1940-е гг.; второй — 1941 – первая половина 1980-х гг.; третий — вторая половина 1980-х–1991 г. Первый условный историографический этап — 1920–1940-е гг. отмечен практическим отсутствием исследований по нашей теме. Именно утверждение методологических подходов советской исторической науки, детерминированных прогрессирующим культом личности И.В. Сталина, способствовало тому, что проблема была искусственно выведена из числа приоритетных. Правда, опосредованно она поднималась. Например, в статьях А. Свечина доказывалась значимость моральных факторов в жизни армии, которые и предопределяют превосходство той или иной армии16. Ученый протестует против забвения драгомировских принципов и выражает обеспокоенность тем, что «сдаётся в архив проповедь в защиту духа»17.

Второй условный историографический этап (1941 – первая половина 1980-х гг.). В годы Великой Отечественной войны, когда стали возрождаться многие славные традиции русской армии, что нашло отражение и в литературе18. А. Кривицкий, опираясь на материалы дореволюционной печати, работы известных военных публицистов, обратился к характеристике русского офицерского корпуса, указывая, что традиции имеют огромное значение для духа армии: в них отражены и боевой опыт, и национальный характер. Автор подчеркивает ту моральную власть, которая была свойственна русскому офицеру в духовном воспитании солдат19. После победы советского народа в Великой Отечественной войне, вплоть до конца 1980-х гг., офицерский корпус царской России являлся предметом исследования, но, преимущественно, в связи с его ролью в подавлении революционного и организацией контрреволюционного движения в России20. Однако ряд авторов обращались (в той или иной мере) к вопросам подготовки офицерского состава русской армии конца XIX – начала ХХ в. в части примера героических боевых традиций и освещения педагогического аспекта деятельности военных гимназий и кадетских корпусов21. Разумеется, все исследования выполнялись с позиций классового подхода к оценке событий и явлений.

Среди работ, посвященных дореволюционному офицерству, большую ценность представляют труды П.А. Зайончковского22. Ученый, анализируя многочисленные исторические источники, базируясь на рациональных подходах к изучению проблемы и убедительной аргументации, формулирует объективные выводы о деятельности органов государственной власти и военного управления по комплектованию и обучению офицерского состава армии. Характерно, что П.А. Зайончковский не идеализирует офицерство, указывает на такие недостатки, как распространение пьянства в армии, оказывающее деморализующее влияние. Приводит примеры, свидетельствующие о превратном представлении об офицерской чести, когда офицер, совершивший бесчестный поступок, изгонялся не из армии, а лишь из полка. Представляет некоторый научный интерес работа Л.Г. Бескровного, содержащая важные сведения относительно состава, численности и организации русской армии, структуры военного управления. Но здесь отсутствует анализ морального состояния войск, нравственного воспитания личного состава, в первую очередь офицеров23. Необходимо подчеркнуть, что с начала 1960-х гг. появляются историографические и источниковедческие обзоры. В них, отчасти, отразилась в опосредованной форме и наша тема24.



Третий условный историографический этап — вторая половина 1980-х–1991 г. Рост интереса к дореволюционному прошлому России материализовался в появлении ряда значительных публикаций, основанных на новом архивном материале и более свободных от идеологической заданности, чем работы предшественников, что обусловливалось реалиями перестройки. Появились труды, посвященные общей проблеме подготовки офицерских кадров в России25, а также их участия в общественной жизни26. Позитивный опыт нравственного воспитания в военно-учебных заведениях России рассматривается, например, в статье В.А. Рунова27. Автор признает, что вопросы нравственного воспитания будущих офицеров находились в центре внимания правительства и военного ведомства. Но содержание деятельности в рассматриваемой сфере не выделяется в качестве самостоятельной темы. В статье А. Чайки и Г. Стрельникова показывается роль офицерских собраний в воспитании духовности войск, в частности через воспитание офицеров на боевых традициях, на любви к своей части и к её боевому знамени, стремлении поддерживать боевую репутацию своих полков28. Важная веха — опубликование работ А.А. Буравченкова29, в которых большое внимание уделяется социальному составу юнкеров военных училищ, офицеров армии, их профессиональной подготовленности и воспитанию.

Третий период — постсоветская историография (с 1992 г. по настоящее время). Он проходит в обстановке повышенного внимания ученых к военной истории, в частности к вопросам подготовки офицерских кадров армии императорской России. Авторы предпринимают попытки восполнить пробел отсутствующего опыта исследования развития нравственных качеств и военного духа россиян30. Причем, увеличивается количество работ, где тема нравственного воспитания армейского офицерства в мирное время исследуется более предметно, чем в советский период31. Так, в книге Ю.А. Галушко и А.А. Колесникова собран богатейший материал о формировании и развитии профессиональной и общей культуры военнослужащих русской армии с петровских времен до 1917 г. К сожалению, авторы не давали оценку системе обучения и воспитания офицеров в различные периоды32.

Среди крупных трудов заслуживает внимания работа С.В. Волкова. Основное внимание автора концентрируется на вопросах обучения и боевой подготовки офицеров в системе военного чинопроизводства. В числе достоинств работы следует отметить переработку автором большого количества документальных материалов, на основе которых были составлены таблицы, наглядно иллюстрирующие приводимые в книге фактические данные. Недостатком работы является, на наш взгляд, ее описательный характер и отсутствие каких-либо концептуальных выводов33. Наша тема нашла некоторое опосредованное освещение в монографии Н.Н. Романова. В ней на широкой документальной основе рассматриваются различные аспекты деятельности государственной власти и военного министерства по поддержанию воинской дисциплины. Однако автор проблему формирования высоких нравственных качеств у армейского офицерства не рассматривает в прямой постановке. К сожалению, есть огрехи и в оформлении научно-справочного аппарата монографии34. Монография Н.А. Машкина — комплексное историческое исследование высшей военной школы России, дающее вполне целостное знание о его организационном устройстве, функциях, механизме управления им. Наша тема получила здесь некоторое освещение, но не в качестве самостоятельной проблем35. В монографии А.В. Горожанина и С.М. Диривянкина анализируется деятельность органов государственной власти и военного управления по укреплению морального духа корпуса армейских офицеров в 1900 – августе 1914 гг. 36. К сожалению, некоторые аспекты нравственного воспитания будущих офицеров в военно-учебных заведениях авторы просто не затронули.

Отдельные фрагменты исследуемой проблемы нашли отражение в монографиях Г.М. Ипполитова о генерале А.И. Деникине. Автор сквозь призму жизни и деятельности неординарной исторической персоналии показывает некоторые аспекты воспитания чувства патриотизма, высоких нравственных качеств у юнкеров и у армейских офицеров. Одна из стержневых мыслей ученого — пагубность курса самодержавия на ограждение военнослужащих от политики насильственными средствами37. Однако наша тема здесь не проходит по разряду приоритетных. Заслуживает внимания и статья Г.М. Ипполитова, написанная в соавторстве с В.Я. Ефремовым38. В ней отмечается, что морально-психологическое состояние армейского офицерства было не на высоким уровне. В другой статье Г.М. Ипполитов и его соавтор П.Д. Симашенков дали краткую социальную характеристику армейского офицерства в 1900 – 1913 гг. и раскрыли концептуальные основы его патриотического воспитания в видении властных структур императорской России. Ученые доказывают, что политический режим самодержавия решал задачу, указанную выше, базируясь на строго научном подходе39.

В книге И. Волковой на большом фактическом материале рассматривается роль армии на переломных рубежах в истории России. Автор делает небезынтересное заключение: престиж офицерской службы падал из-за «убогого состава штаб-офицерства и генералитета»40 (имеется в виду, главным образом, образовательный уровень). По всей книге, как показывает текстологический анализ, проходит мысль, что русское офицерство являлось, в основном, пламенными патриотами Отечества. Правда, историк не дифференцирует состав офицерства, исследуя и гвардию, и армию. В книге Й. Петровского-Штерна прослеживается (на базе анализа богатейшего документального материла из российских и зарубежных архивов) история взаимоотношений Военного министерства с евреями России и Царства Польского в 1827–1914 гг. (до начала Первой мировой войны)41. Однако историк исследует, в большей мере, положение евреев-солдат в армии императорской России. Но есть и некоторые размышления, имеющие отношение к нашей проблеме42. Нельзя не отметить, что в постсоветское время появились и собственно историографические исследования, где также анализируется литература, в том числе, по нашей проблеме43.



Особое место в историографии данного периода занимают многочисленные диссертации, где опосредованно освещается, в том числе и наша тема44. Контент-анализ и факторный анализ диссертационных исследований показывает, что примерно в 24,7% текста авторы акцентируют внимание на моральных критериях воспитания личного состава армии, и в этом контексте присутствует анализ и (или) констатация проблем, связанных с темой данной диссертации45. Повышенного внимания заслуживает кандидатская диссертация П.Д. Симашенкова, посвященная проблеме патриотического воспитания армейского офицерства в конце XIX – начале XX вв. Автор показал, как формировались государственные подходы к патриотическому воспитанию корпуса армейских офицеров, а также обобщил опыт практической деятельности властных структур в сфере, указанной выше. Но недостаточно глубоко проанализирована проблема революционизации офицерского корпуса, а также тема влияния боевой подготовки войск на патриотическое воспитание армейского офицерства46.

Зарубежная историография включает в себя историографию русского зарубежья и собственно зарубежную историографию. В историографии русского зарубежья анализируемая проблема нашла опосредованное выражение и в работах авторитетного военного историка А.А. Керсновского47. Однако воспитательную деятельность он освещает преимущественно в аспекте политической ориентации военнослужащих, характеризуя патриотизм как качество, исконно присущее русским воинам. Наша тема самостоятельно не рассматривается. П.Н. Краснов представил «душу армии» как военную психологию, как олицетворение всей духовной жизни армии. Достаточно аксиоматично звучит утверждение автора о главенствующей роли госструктур в нравственном воспитании армии и народа48. Характерно, что в трудах эмигрантов армия не идеализировалась, откровенно отмечались ее недостатки, существенными из которых являлись упущения в воспитательной работе49. В. Флуг утверждал, что все попытки реформирования армии и при Д.А. Милютине, и после окончания Русско-японской войны не сумели радикально ее изменить. «Военная энергия» или «сила духа» — не только ключевые понятия в его труде, но и важное условие успеха в войне50. Собственно зарубежная историография состоит, в основном, из заметок и мемуаров иностранных политиков, военных специалистов и корреспондентов конца XIX – начала ХХ века51, а также литературы, посвященной личности и деятельности последнего русского императора52. Вместе с тем, опыт Российской армии в деле нравственного воспитания дореволюционного офицерства нашел отражение в ряде работ известных западных историков, социологов и политологов, исследующих проблему морально-психологического обеспечения вооруженных сил53. Среди немногочисленных исторических исследований, посвященных вооруженным силам России конца XIX — начала ХХ столетия, особого внимания заслуживают труды германских историков Х.-П. Штайна и Д. Байрау54. Здесь тема нравственности русского офицерства освещается через призму компаративного исследования социального статуса офицеров и воинских традиций русской и прусской армий. Следует подчеркнуть, что целевых научных исследований по нашей теме в зарубежной историографии нет.

Таким образом, несмотря на наличие существенных наработок как в отечественной, так и в зарубежной историографии, историческая наука на современном этапе развития не располагает специальным трудом, посвященным проблеме деятельности властных структур по реализации государственной идеи нравственного воспитания корпуса российских армейских офицеров в условиях мирного времени (1880 – август 1914 гг.).



Объект исследования — корпус армейских офицеров вооруженных сил Российской империи55. Предмет исследования — содержание деятельности органов государственной власти и военного управления по реализации государственной идеи нравственного воспитания корпуса российских армейских офицеров в условиях мирного времени. Хронологические рамки исследования определены с учетом актуальности проблемы и в соответствии с замыслом диссертации. Точка отсчета — 1880 г. — русская армия после завершения военных реформ Д.А. Милютина; несмотря на их незавершенный характер, она перешла в новое качество. Оформляется устойчивая тенденция к активизации дальнейших усилий власти в сфере военного строительства, ознаменованная изданием целого ряда нормативно-правовых актов, регламентировавших, в том числе, и нравственное воспитание армейских офицеров. Конечная точка — август 1914 г. — вступление России в Первую мировую войну, в которой почти полностью был уничтожен офицерский корпус армии, воспитанный в старых дворянских традициях. Несмотря на то, что Русско-японская война (1904 – 1905 гг.) входит в хронологические рамки, указанные выше, соискатель сознательно вывел ее из исследовательского поля (в силу ее самостоятельности).

Цель исследования — комплексный анализ деятельности властных структур по реализации государственной идеи нравственного воспитания корпуса российских армейских офицеров в условиях мирного времени в хронологических рамках, указанных выше; обобщение опыта; извлечение уроков; формулирование научно-теоретических положений и выводов, практических рекомендаций. Для достижения поставленной цели определены следующие задачи: 1. Исследовать генезис и эволюцию государственной идеи нравственного воспитания российского воинства в историческом пространстве и во времени. 2. Проанализировать количественно-качественные трансформации в корпусе российских армейских офицеров и обосновать необходимость наращивания усилий в практической реализации государственной идеи их нравственного воспитания. 3. Установить основные составляющие системы деятельности органов государственной власти и военного управления в сфере нравственного воспитания корпуса армейских офицеров и раскрыть их содержание. 4. Изучить деятельность властных структур по нравственному воспитанию будущих офицеров в военно-учебных заведениях. 5. Всесторонне рассмотреть процесс продолжения нравственного воспитания офицерства в период их службы в армейских частях силами и средствами органов государственной власти и военного управления. 6. Синтезировать обобщения, сделать выводы, извлечь уроки, сформулировать научно-практические рекомендации, привлечь внимание к рассматриваемой проблеме в плане ее критического осмысления и переосмысления.

Методологические основы исследования. Диссертант руководствовался диалектическим методом, предполагающим освещение темы в многообразии возникающих глубинных связей и отношений. Фундаментальным постулатом теоретико-методологической основы диссертации стало представление о системном характере объекта и предмета исследования56. Методологическую основу составляют положения авторитетных представителей мировой, отечественной исторической и другой общественной мысли. Исследование проблемы производится на основе таких общенаучных принципов, как объективность и историзм в анализе явлений, процессов, связей и отношений. Используя методологию, в том числе и в качестве системы методов и определенных подходов к изучению данной научной проблемы, соискатель выделил приоритетные. Общенаучные методы: анализ-синтез, исторический и логический, классификационный, контент-анализ, факторный анализ и др. Специально-исторические методы: системный и сопоставительный, синхронный и диахронный методы, метод экстраполяции, компаративный метод и некоторые другие, изложенные и обоснованные в работах отечественных и зарубежных ученых по теории методологии, историографии и библиографии. В диссертации наблюдается соединение хронологического и проблемного подходов. Последний является оптимальным, так как дает возможность более полного охвата во времени и пространстве многоаспектной конкретно-исторической обстановки, в которой реализовывалась концепция и осуществлялась деятельность властных структур по реализации государственной идеи нравственного воспитания армейского офицерства в условиях мирного времени.

Источниковая база исследования. В работе над диссертацией были использованы следующие источники, условно разделенные на пять групп: 1. Архивные документы и материалы. 2. Официальные документы органов государственной власти и военного управления Российской империи, опубликованные в различных изданиях. 3. Источники личного происхождения (мемуары, дневники). 4. Периодическая печать.

1. Архивные документы и материалы, как свидетельствует научно-исследовательская практика, представляют собой своеобразный «индикатор достоверности»; данная группа является важнейшей частью и основой источниковой базы диссертации. Исследованы архивные источники, отложившиеся в фондах Российского государственного военно-исторического архива; Государственного архива Российской Федерации; а также материалы, отложившиеся в Отделе рукописей Российской государственной библиотеки и Отделе рукописей Российской национальной библиотеки. В совокупности исследованы документы и материалы, отложенные в 17 фондах вышеназванных архивных учреждений и структурных подразделений двух ведущих библиотек РФ.

РГВИА. В его фондах отложились разнообразные документы, характеризующие жизнь и боевую деятельность русской армии. Отметим, что если фонды центральных учреждений, как правило, дошли до нашего времени в хорошем состоянии, то фонды отдельных военно-учебных заведений и воинских частей в значительной мере утрачены и сохранились очень неравномерно (лишь за отдельные годы или десятилетия). Среди фондов РГВИА необходимо, в первую очередь, выделить следующие: фонд 1 — Канцелярия Военного министерства, в котором отложились материалы, содержащие ценные сведения в области деятельности органов военного управления в сфере воспитания офицеров: дела об учреждении Комитета по образованию войск, всеподданнейшие отчеты командующих войсками военных округов о состоянии воспитательной работы, сведения о морально-психологическом состоянии армии и т.д.; фонд 351 — Николаевская инженерная академия и училище — содержит документы, касающиеся организации учебно-воспитательного процесса в указанном военно-учебном заведении: учебные планы; требования, предъявляемые к образовательному уровню офицеров; порядок празднования юбилея академии и т.д. Материалы фонда ценны возможностью изучения на их показательном примере системы воспитания офицеров в военно-образовательных учреждениях России исследуемого периода; фонд 400 — Главный штаб, ведавший вопросами кадровой политики в области комплектования офицерского корпуса и прохождения ими службы. Фонд содержит богатый статистический материал о количественных и качественных показателях воспитательного процесса в армии: правила проведения смотров и парадов, сведения об издании уставов и руководств для армии; материалы о деятельности Русского военно-исторического общества и Военного общества обновления и т.д. Фонд 401 — Военно-ученый комитет. Здесь есть документы, касающиеся регламентации воспитательного процесса в армейской среде: журналы заседаний комиссии Главного штаба по обсуждению списков книг, предназначенных к обращению в войсках, рапорта командующих военными округами о необходимости введения в армии патриотических праздников в честь важнейших сражений и др.; фонд 544 — Николаевская академия Генштаба. Здесь хранятся многочисленные конспекты докладов слушателей на военно-исторические темы, а также характеристики офицеров-слушателей академии, позволяющие составить представление о критериях и уровне нравственно-идеологического воспитания командного состава армии; фонд 725 — Главное управление военно-учебных заведений (ГУВУЗ), в котором содержатся материалы, отражающие деятельность образовательных структур военного ведомства в сфере образования, служебной и профессиональной подготовки: отчеты о работе подведомственных Главному управлению вузов, статистические данные о составе и уровне квалификации преподавателей и учащихся; фонд 830 — Совет государственной обороны, хранящий журналы заседаний этого органа высшего военного управления, позволяющие изучить факторы, повлиявшие на принятие тех или иных решений в области военного строительства, в том числе и касающихся патриотического воспитания армейского офицерства; фонд 868 — Комитет по образованию войск при Военном совете. В нем отложены многочисленные отчетные документы, в значительной мере отображающие процесс деятельности по разработке нормативных актов, регламентирующих воспитательную работу среди офицеров: журналы заседаний комитета, переписка с Главным штабом, штабами военных округов и редакторами военной периодики о морально-психологическом состоянии офицерского состава и т.д.; фонд 970 — Военно-походная канцелярия Его Императорского Величества. Здесь отложилось большое количество материалов по вопросам организации мероприятий военно-патриотического характера: правилам ведения «дел офицерской чести», организации празднования войсковых юбилеев, расследование фактов «брожения среди офицеров»; фонд 1396 — Туркестанский военный округ. Здесь есть сведения, отражающие состояние нравственного воспитания в периферийных строевых частях: программы сообщений, прочитанных в офицерском собрании, расписания и программы служебных занятий и т.д. Есть материалы, позволяющие судить о состоянии воспитательной работы в военных округах, расположенных на периферии Российской империи; фонд 2000 — Главное управление Генерального штаба. Отложены документы, относящиеся к стратегическим вопросам военного строительства, том числе и об укреплении армейского офицерства, приведения их профессионального и образовательного уровня в соответствие с развитием вооруженных сил страны в период военной реформы 1905 – 1912 гг.; фонд 2631 — 17-й Архангелогородский полк Киевского военного округа. Здесь есть материалы, регламентирующие повседневную строевую службу и позволяющие восстановить картину быта армейских офицеров.

В ГАРФ особый интерес представляют материалы фондов 601 (Николай II Романов) и 679 (Александр I Романов), позволяющие не только проследить преемственность многочисленных традиций нравственного воспитания, но и произвести компаративный анализ приоритетных направлений политики самодержавия в области военного строительства. Помимо этого, материалы Ф. 601 в достаточно полной мере отражают многие стороны деятельности Николая II в качестве одного из важнейших субъектов нравственного воспитания войск. В ОР РГБ соискатель изучил некоторые документы из личных фондов военного министра Д.А. Милютина, а также генерала А.А. Киреева, входившего в круг лиц свиты, приближенных к императору. Они имеют непосредственное отношение к исследуемой проблеме в части вопросов концепции военного образования, контроля морально-психологического состояния офицеров армии, а также отношения к ним гражданских слоев населения. Имеются также некоторые отрывочные сведения о повседневном быте офицерства. В ОР РНБ изучены письма Д.А. Милютина Головкину от 15 сентября 1882 г. (Ф.1004 — М.Е. и М.П. Ковалевские) и А.В. Головнину. (Ф. 208. — А.В. Головнин). Они имеют опосредованное отношение к рассматриваемой проблеме.



2. Официальные документы органов власти Российской империи, опубликованные в различных изданиях, можно условно классифицировать на несколько подгрупп. 2.1. Нормативно-правовые акты государственных властных структур: законодательные материалы, помещенные в Своде военных постановлений (1838 – 1914 гг.). Последний свод военных постановлений составлен в 1869г. и переиздавался полностью или частично (но не каждый год). 2.2. Официальные документы, обеспечивающие регламентацию подготовки войск: организацию и содержание учебных и служебных занятий, боевую подготовку, внутренний распорядок и дисциплину и т.п. К данной подгруппе относятся уставы, инструкции, наставления и прочие руководящие документы. Большой интерес представляют приказы опубликованные по Военному ведомству57. В качестве унификации толкования и комментирования, а также для обеспечения собственной организационно-распорядительной деятельности Главный штаб также ежегодно издавал циркуляры и приказы58. 2.3. Опубликованные всеподданнейшие доклады и отчеты по Военному министерству59. Характерно, что Всеподданнейшие отчеты о действиях Военного министерства издавались типографским способом и были рассчитаны на более широкий круг лиц60. 2.4. Официальные справочники (расписания сухопутных войск, списки офицеров и генералов по старшинству, военно-статистические ежегодники армии и т.п.)61 дают представления о социальных характеристиках офицерского корпуса российской армии, учет которых необходим при анализе его морально-психологического состояния. 2.5. Тексты официальных выступлений императора Николая II, а также его переписка с главами других государств62. Так, в 1908 г. был опубликован послужной список императора, включавший в себя также выступление, тосты и многочисленные речи Николая II, обращенные к военнослужащим. Проведенный соискателем анализ данного источника показывает, что в нем запечатлелось свыше 200 различных знаков внимания, оказанных военным со дня вступления императора на Российский престол63. 2.6. Различные сборники документов и материалов64.

3. Источники личного происхождения (мемуары, дневники). Мемуары, в силу субъективизма и ретроспекции, выполняют, в основном, восполнительную функцию, подтверждая или опровергая свидетельства других источников. Воспоминания видных военачальников, государственных и общественных деятелей менее официозны и позволяют прояснить мотивы принятия важных государственных решений65. В этом отношении большой интерес для сравнительного изучения представляют мемуары военных министров — А.Ф.Редигера и В.А.Сухомлинова: военно-историческая ценность указанных источников представляется далеко не равнозначной, так как если воспоминания А.Ф. Редигера подробно и скрупулезно освещают значимые этапы русской военной истории, то В.А. Сухомлинов подбирает факты более тенденциозно, стараясь, тем самым, оправдать собственные ошибки, допущенные им во время пребывания во главе Военного министерства66. Большой массив информации сосредоточен в дневниках Д.А. Милютина. Автор много внимания уделяет теме воспитания и образования будущих офицеров. Д.А. Милютин пускается в рассуждения, правда довольно тяжеловесные по стилю, о том, что современным языком можно обозначить как «человеческий фактор». Однако здесь нет дефиниции «нравственное воспитание личного состава». Хотя рассуждения именно по данной проблеме, если посмотреть под современным углом зрения, больше в опосредованной, нежели непосредственной форме, у Д.А. Милютина присутствуют67. 4. Периодическая печать. Для нее характерен ряд особенностей, которые следует учитывать при использовании ее в качестве исторического источника68. Наиболее интересные для нас материалы содержатся в таких периодических изданиях, как «Разведчик», «Русский инвалид», «Военный сборник» и «Братская помощь». Статьи русских офицеров, критикующих армейские порядки, были в подавляющем большинстве проникнуты осознанием причастности к судьбе армии69. Отдельно здесь стоит выделить публикации в «Вестнике военного (позже — военного и морского) духовенства» о нравственном состоянии офицерства70, а также проблемные статьи по вопросам укрепления офицерского корпуса и его нравственного воспитания, опубликованные в печатном органе ГУВУЗ — «Педагогическом сборнике»71.



II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ
Структура диссертации логически обусловлена замыслом, целью и задачами исследования и состоит из введения, двух глав, внутри которых имеется пять параграфов, заключения, списка источников и литературы, а также из 20 приложений, которые органически связаны с содержанием и наряду с данными текста служат документальным подтверждением выдвигаемых автором положений и выводов. Научная квалификационная работа снабжена списком сокращений.

Во введении дается общая характеристика темы исследования, обосновывается ее актуальность, определяются объект и предмет исследования. Здесь же формулируется научная новизна, цель и задачи исследования, основные положения, выносимые автором на защиту, обосновывается методологическая и источниковая база, высказывается мнение о практическом значении диссертации, приводятся сведения об апробации и публикации по теме научной квалификационной работы.

следующая страница >>


izumzum.ru