В. П. Лега Проблема чуда с точки зрения современного научного и христианского мировоззрения - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Романов А. В. Вопросы по философии для зачета студентов заочного... 1 88.24kb.
Правотворчества в области регламентации общественных отношений в... 1 139.23kb.
Региональный общественный фонд новых технологий в образовании «байтик»... 1 301.43kb.
Научного руководителя доц. Н. К. Жаковой о магистерской диссертации Д. 1 23.79kb.
Николай Фиолетов 10 2470.98kb.
Смена научного мировоззрения 1 368.66kb.
С полным основанием этот курс можно бы было назвать "Историей мировоззрений"... 1 40.96kb.
Экзаменационные вопросы Кинематика точки: понятие, способы задания... 1 40.31kb.
«Доказательства бытия Божия и бессмертия души в философской системе Э. 8 3265.85kb.
Пояснительная работа 1 145.67kb.
Сравнительная характеристика сервисов web 0 с точки зрения использования... 1 31.43kb.
Hot birdtm tv awards во второй раз выступила организатором Национальной... 1 21.4kb.
1. На доске выписаны n последовательных натуральных чисел 1 46.11kb.

В. П. Лега Проблема чуда с точки зрения современного научного и христианского мировоззрения - страница №1/1

В.П.Лега

Проблема чуда с точки зрения современного научного
и христианского мировоззрения

Без веры в чудо не может существовать ни одна религия, и христианство не является исключением. И даже более того, христианство основано на вере в чудо — в чудо Воплощения Бога, Его смерти на кресте и воскресения.

Однако для чего Бог творит в мире чудеса? Неужели мир, созданный Им, не столь совершенен? В последние века это осознание кажущейся противоразумности чуда стала столь распространенной, что почти повсеместно распространилось убеждение, что «чудес не бывает», что вера в чудо — это следствие или невежества, или сознательного обмана, что рост научного знания, в конце концов, приведет к отказу от религиозных предрассудков.

Чтобы разобраться в этом, необходимо, во-первых, определить, что такое чудо, а во-вторых, посмотреть, как вера в чудо входит в контекст общего мировоззрения современной эпохи.

Понятие чуда представляется очевидным. И поэтому удивляет часто встречающаяся несогласованность в определениях. Отчасти это объясняется тем, что в определение включают некоторые положения, выходящие за рамки собственно определения и являющиеся, скорее, теоретическими выводами, т.е. тем, что еще требуется доказать. Можно назвать четыре основных определений чуда. Первое – богословское, утверждающее, что «чудеса - это поразительные действия или события, имеющие истинную причину вне естественных сил и законов природы, в сверхъестественном действии Божием, совершаемые Богом для достижения тех или иных целей». Недостатком такого определения является то, что оно неприемлемо для атеистов. Второе определение, которое можно назвать феноменологическим, высказывал ньютонианец Кларк в переписке с Лейбницем, что чудо — это просто редко наблюдаемое явление. Это определение фиксирует лишь количественную сторону этого необычного явления, не затрагивая его сути. Есть мнение, согласно которому чудом называется лишь то, что до сих пор еще не познано. Очевидно, что это определение атеистическое по своей сути, ибо в действительности оно говорит лишь то, что чудес не бывает и что любое чудо можно в принципе объяснить — по крайней мере, в будущем. В действительности же это не определение, потому что оно предполагает, что каждому понятно, что такое чудо, и поэтому само нуждается в определении чуда. Таким определением, которое предполагается в этой атеистической формулировке, будет следующее: «Чудо есть явление, противоречащее законам природы». Это определение можно назвать сущностным, оно должно устроить всех – и тех, кто верит в существование чудес, и тех, кто их отрицает.

Рассудочный человеческий ум не способен вместить в себя и понять это противоречие, и вывод, который он делает, логичен с точки зрения формальной логики — или-или. Или весь мир закономерен, и чудес не бывает; или весь мир чудесен — наука ложна и не нужна для спасения души. С одной стороны, научное (или, точнее, материалистическое) мировоззрение, отрицающее чудо, вполне логично, но не увязывается с многочисленными фактами чудес. Таким образом, материалист, считающий ощущения первым и основным источником познания, противоречит сам себе, отрицая достоверность некоторых явлений, уподобляясь чеховскому автору письма к соседу-астроному по поводу пятен на Солнце. С другой стороны, отрицание науки также не может выдержать критики, ибо достижения науки и техники всем слишком хорошо известны, и пользуются ими все, даже те, кто отрицает их полезность.

Существование законов природы, которые можно познать и выразить в виде математических формул, есть один из главных постулатов современной науки. Но необходимо отметить, что естественнонаучная картина мира присуща не всему населению Земли и существовала не всегда. Возникает это мировоззрение в христианской Европе в XVI–XVII вв. Этому имеется множество причин. И главная среди них — та, что наука возникает в борьбе с аристотелевской физикой как следствие применения некоторых положений христианства для понимания природы. Аристотелевская физика полностью доверяла чувственному опыту, дающему знания только о частных явлениях, и совершенно исключала применение математики в познании природы. Поэтому в физике Аристотеля отсутствовало понятие закона природы, выраженного математическим образом. Христианство впервые провозгласило, что у мира есть один Творец, что все в мире происходит не случайно, не стихийно, не хаотично, а по Его извечному слову, которое понимается как закон природы. В христианском богословии, понятие закона природы было широко распространено задолго до Нового времени. Например, свт. Григорий Богослов говорит, что существует «Божий закон, прекрасно установленный для всего творения и видимого, и сверхчувственного», и что этот «закон… дан однажды, действие же и ныне постоянно продолжается».

Замысел Бога о мире не является полной тайной для людей. Сам человек, будучи образом и подобием Божиим, может познавать некоторые Его законы. В Новое время в западной Европе эти положения стали утверждениями о том, что Бог правит миром посредством своих законов, а человек может эти законы познать. Так, Декарт пишет: «Из того, что Бог не подвержен изменениям и постоянно действует одинаковым образом, мы можем также вывести некоторые правила, которые я называю законами природы». Таким образом, научное мировоззрение во времена своего становления противопоставляло себя не религиозному взгляду на мир, а представлению о мире как о хаосе, наборе случайных событий, совершенно непостижимых для человека. Научный взгляд на мир не только не отрицал религиозный, а наоборот, он основывался на том положении, что мир существует и развивается лишь благодаря Божественному управлению. Современные ученые, отказавшиеся от идеи о божественной причине законов, оказываются в странном положении: они сами не уверены, насколько обосновано их убеждение в существовании законов природы. Так, известнейший физик XX века, Ричард Фейнман, пишет: «Почему природа позволяет нам по наблюдениям за одной ее частью догадываться о том, что происходит повсюду? Конечно, это не научный вопрос; я не знаю, как на него правильно ответить». Именно поэтому А.Эйнштейн утверждает необходимость религии для того, чтобы наука имела твердое основание: «Там, где отсутствует это чувство (религиозное чувство, вера в рациональную природу реальности. – В.Л.), наука вырождается в бесплодную эмпирию», и поэтому «в наш материалистический век серьезными учеными могут быть только глубоко религиозные люди».

Божественное управление миром может идти по-разному: либо путем постоянного воздействия на него путем задания ему неких законов, постигаемых наукой, либо посредством разового вмешательства в ход событий, что людям будет представляться как некое чудо. В общей картине взаимодействия Бога и мира чудо и закон — не противоположности, а два различных пути воздействия Бога на мир.

Однако переход от святоотеческого понимания того, что Бог правит миром посредством Своих законов, к научному утверждению о существовании и познаваемости законов природы, был не столь простым. В средние века практически не было интереса к познанию природы. Этот интерес появляется в эпоху Возрождения, но в довольно оригинальном виде. Природа мыслилась пантеистически и органистически. Магия натурализуется, в природе возможно всё, даже воскресение из мертвых. В таком мире невозможно существование законов природы, поэтому можно сказать, что ренессансная натурфилософия была «эпистемологическим препятствием» новой науке. Но в таком мире невозможно и существование чудес, поэтому натурфилософия была несовместима и с христианским учением. «И у религии, и у науки в это время был общий сильный противник, несущий угрозу им обеим» (В.Визгин).

Развитие науки, приносившее свои позитивные плоды, приводило, однако, не столько к пониманию удивительной мудрости Божией, сколько к другим результатам. Секуляризм и так называемое свободомыслие порождали еретические псевдохристианские построения типа деистических и пантеистических концепций. Но и в том, и в другом случае результат один — представление о законе, управляющем миром, все более и более оматериализовывалось, отрывалось от понятия о Боге. Возникало мнение, что естественные законы есть лишь некое свойство, атрибут материи. Такая концепция, естественно, не могла соединить представление о всеобщей детерминированности явлений с принципом чудесного нарушения этих закономерностей, и выбор, при успехе научного прогресса, делался, к сожалению, не в пользу христианства.

Наиболее последовательно этот метод в философии применил Б.Спиноза, распространив принцип детерминизма на все явления. Спиноза свел все решения и воления Бога, к порядку природы, отказав Богу в Его личности и, следовательно, в других Его деяниях. Вывод, который делает Спиноза, закономерен: «Чудо, будет ли оно противо- или сверхъестественно, есть чистый абсурд». В последующей философии, ориентированной на науку, особенно позитивизме, понятие чуда вообще не рассматривается.

Но без веры в чудеса не может быть настоящей Церкви. Однако Церковь учит, что само по себе чудо, сколь необычно бы оно ни было, не может быть свидетельством о Боге. Господь не творил чудеса там, где не видел веры в Него. Поэтому, как это ни покажется атеистам парадоксальным, «для христиан не вера от чуда, а чудо от веры». Собственно, верно и обратное: неприятие чудес есть тоже акт веры – веры в то, что чудес не бывает.

Но не каждый может прийти к вере в Бога непосредственно, сразу, без каких-либо знамений и чудес. Человек слаб, и кому-то для поддержания веры, кому-то для того, чтобы уверовать, необходимо и чудесное свидетельство, которое, не будучи доказательством, побудит направить ум к Творцу. Но неужели наша вера в то, что Бог Своим домостроительством непрестанно помышляет о нас, не будет подкреплена и различными чудесами? Ведь если чудо есть нарушение закона природы, то некоторые наиболее очевидные чудеса должны быть понятны всем — не только верующим!

Удивительно, но при внимательном рассмотрении явлений природного мира легко обнаружить, что чудес крайне много, что так называемые всеобщие законы физики совсем не всеобщи и отменяются и нарушаются не просто часто, а также с поразительной закономерностью! Для примера возьмем лишь один случай. Второе начало термодинамики утверждает постоянное увеличение энтропии в замкнутой системе, что на обыденном языке означает, что невозможно увеличение порядка и уменьшение беспорядка в мире само по себе. Но феномен жизни говорит об обратном. Весной и летом происходят удивительные превращения бесформенной земляной массы в поразительные по своей упорядоченности растения. Мы вполне можем сделать вывод, что нарушение второго начала термодинамики может происходить под воздействием нематериального, духовного начала. Адепты материализма наивно полагают, что принцип энтропии неприменим к незамкнутым системам, какой является живой организм. Однако замкнутых систем в природе в чистом виде не существует, как не существует идеального газа, абсолютно черного тела, абсолютно твердого тела и т.п. Однако все законы физики прекрасно работают в реальном мире, а идеальные понятия существуют для того, чтобы суметь объяснить явления природы на языке законов.

Приводят и другое объяснение: даже те явления, которые действительно выглядят как противоречащие уже открытым законам, все равно могут быть объяснены при помощи еще неоткрытых законов. Эти неоткрытые законы должны примирить якобы имеющее место противоречие в более общем взгляде на проблему. В качестве примера приводят отношение релятивистской и нерелятивистской физики. В такой постановке вопроса не замечают главного: наука – это целостная система, одно ее положение не может противоречить другому. Ньютоновская механика не противоречит эйнштейновской, а является ее частным случаем. Поэтому можно сказать, что если есть некое явление, которое противоречит хотя бы одному закону природы, то оно противоречит всему строю физического знания.

Как ясно из вышеизложенного, само понятие чуда предполагает существование Бога или иных высших сил, являющихся причинами чудесных событий. В христианстве это означает, что чудо – это не просто нарушение законов природы, а такое нарушение, которое имеет некую цель. Бог промыслительно участвует в делах людей, давая им знаки, «знамения», направляющие их к спасению. Бог совершает чудеса не ради самих чудес, а преследует определенные религиозные цели. Наиболее чудесными же для людей будут казаться действительно необычные явления, которые одновременно и противоречат законам природы, и случаются крайне редко. Человеку свойственно испытывать склонность к необычному, редкому, и, наоборот, не обращать внимания на то, что встречается часто.

Поэтому чудеса действительно редки и чаще всего происходят именно с человеком и именно в Церкви. Из истории можно вспомнить различные чудеса, как, например, известное чудо исцеления племянницы Б.Паскаля. Да и в современной жизни Церкви сообщения о чудесах встречаются достаточно часто. Это и чудо нисхождения Благодатного огня на Пасху в храме Гроба Господня в Иерусалиме, и обновления и мироточения икон, и чудесные исцеления неизлечимых больных, и многие другие явления. Атеисты утверждают, что многие из этих чудес подстраивают священники, желающие таким образом привлечь прихожан к своим храмам. Но это обвинение, во-первых, голословно, а во-вторых, при этом предполагается, что сами священники в чудеса не верят. Но, не веря в чудеса, нельзя и верить в Бога! Представить же священника, не верящего в Бога, уж совсем нелепо. Как тогда объяснить само существование христианской Церкви, особенно во времена гонений?

Но вернемся к примеру жизни. Можно ли считать чудом феномен жизни? И да, и нет. С одной стороны, да, ибо здесь учитывается основная, сущностная особенность чуда — противоречие законам природы. Но, с другой стороны, феномен жизни для большинства людей привычен, они не почитают ее за знамение, поэтому многие и не считают ее чудом. Но для тех, кто может взглянуть на мир другими глазами - глазами ученого, умеющего удивляться там, где привычно зевает обыватель, - и жизнь, и многие другие события в мире, необъяснимые из самой природы, будут казаться столь же чудесными, как и общепринятые чудеса, и так же указывать на сверхприродную Реальность.

Таким образом, проведенный анализ понятия чуда показывает, что из рассмотренных в начале доклада четырех определений чуда можно отбросить как совершенно ошибочное только атеистическое определение, поскольку оно, во-первых, безграмотно с точки зрения теории определений, а, во-вторых, ошибочно, ибо отрицает действительную реальность чудес в мире. Сущностное и феноменологическое определения, каждое истинное в своей мере, становятся более ясными и понятными лишь тогда, когда они включаются в более общий контекст богословского определения.

Надеюсь, что подобный подход поможет понять, что через рассматривание видимого мира действительно можно увидеть и невидимое, а убежденность многих людей в том, что «чудес не бывает», имеет под собой лишь психологическую, а не реальную основу.