Тоталитаризм и пропаганда: теория и практика """С, 34 - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Программа общеуниверситетского факультатива «Теория и практика социального... 1 185.21kb.
Рабочая программа для студентов очной формы обучения специальностей... 2 341.84kb.
Абрамова Г. Психологическое консультирование: Теория и опыт. 1 17.87kb.
Программа дисциплины «Бюджетный федерализм: теория и практика» для... 6 453.89kb.
Программа семинара «Либерализм: теория и практика» 1 25.83kb.
Теория и практика российского парламентаризма вызвала пристальное... 1 121.42kb.
Пропаганда здорового способа жизни 1 63.38kb.
Рабочая программа учебной дисциплины (рпуд) Теория и практика баз... 1 116.3kb.
Но-исполнительное право России: теория, законодательство, международные... 1 167.5kb.
Теория и практика спортивной журналистики 1 34.61kb.
2 Тоталитарный режим (тоталитаризм) 1 407.21kb.
"Словесное дзюдо", помогающее противостоять групповому давлению и... 1 10.31kb.
1. На доске выписаны n последовательных натуральных чисел 1 46.11kb.

Тоталитаризм и пропаганда: теория и практика """С, 34 - страница №1/1





Содержание

Оглавление

Введение... С. 3

Глава 1 Тоталитаризм и пропаганда: теория и практика..."""С, 34

§ 1 Пропаганда как феноменXXвека... С. 34

§2 Пропаганда в тоталитарном обществе... С. 41

§ 3 Пропагандистская машина гитлеровской Германии... С. 48

§4 Фашистская Италия в восприятии идеологов национал-социализма в 1922-1933 гг... С. 61

Глава 2 Образ фашистской Италии в нацистской пропаганде 1933

года... С. 81

§1 Нацистская пропаганда о духовном родстве фашизма и

национал-социализма... С. 81

§2 Фигура дуче в восприятии нацистских пропагандистов... С. 98

§ 3 Пропаганда Третьего рейха о внешней политике фашистской

Италии... С. 102

§4 Внутренняя политика и повседневная жизнь Италии в

изображении нацистских пропагандистов... С. 111

Глава 3 Нацистская пропаганда об Италии в период охлаждения

отношений (начало 1934-середина 1936 гт.)... С. 118

§ 1 Охлаждение в германо-итальянских отношениях и нацистская

пропаганда (первая половина 1934 г.)... С. 118

§2 Образ Италии после австрийского кризиса (лето 1934 — лето

1935 гг.)... С. 132

§ 3 Итало-абиссинский конфликт и пропаганда Третьего рейха

(лето 1935-лето 1936гг.)... С. 151

Глава 4 Формирование образа дружественной Италии во второй

половине 1936-1939 гг... С. 176

§ 1 Нацистская пропаганда германо-итальянской дружбы... С. 176

§2 Внутренняя и внешняя политика Италии в оценке

пропагандистов Третьего рейха... С. 205

§3 Отклик немецкого общества на пропаганду нового образа

Италии... С. 224

Заключение... С. 242

Библиография... С. 253

Введение

XX век был не только временем грандиозных взлетов человеческой мысли и духа, но также и временем глубоких падений. Наиболее темные страницы истории XX века связаны с понятиями «тоталитаризм» и «фашизм», одним из наиболее ярких проявлений которых явился германский национал-социализм.

30 января 1933 г. была установлена одна из самых страшных диктатур в истории человечества. Целью Гитлера и НСДАП было создание нового немецкого арийского государства, общества и человека. Воплощением этой идеи должен был стать тысячелетний Третий рейх, ради создания которого нацистский режим явил миру ужасы геноцида и развязал самую кровавую войну в истории. Но первоначально для достижения намеченной цели национал-социалистам надо было завоевать умы и души немцев, а, точнее, полностью обратить немецкий народ в свою веру.

Нацистская диктатура показала миру пример беспрецедентного по масштабам «оболванивания» населения, главную роль в котором сыграла пропаганда. Нацистская система пропаганды стала символом беспринципного манипулирования общественными настроениями, жесткого подавления инакомыслия и тотального контроля над общественными настроениями и сознанием.

Пропаганда не была изобретением национал-социалистов. Она является феноменом XX века. В прошедшем столетии она стала одним из решающих факторов развития государства и общества, стремительно эволюционируя вслед за происходящими в общественном сознании изменениями, вплоть до появления в конце столетия нового типа воздействия - пиара.

Могущество пропаганды было связано с тем, что XX веке именно доступ к информации, методы подачи материала, тематика и стиль статей и передач стали определять представления каждого человека и, отчасти, его место в обществе. Особенно полно это проявляется в тоталитарном государстве, где нет разнообразия информации, отсутствует альтернатива ее официальным источникам. Национал-социалисты сразу после завоевания власти монополизировали право на информацию и выдавали ее немецкому обществу в тех дозах и в таких ракурсах, в каких считали нужными.

Монополия на информацию предоставляет тоталитарной пропаганде возможность концентрированного внедрения идей и образов, а также делает ее

динамичной, способной приспосабливаться к меняющимся условиям и резко менять свои установки.

В связи с этим актуальность выбранной темы определяется, во-первых, непреходящим интересом, существующим в исторической науке по отношению к проблемам национал-социализма, многие аспекты которого все еще не изучены или изучены недостаточно, а, во-вторых, важностью феномена пропаганды, в том числе тоталитарной, один из самых масштабных и успешных вариантов которой продемонстрировали нацисты в Германии.

Пропаганда нацизма была направлена, прежде всего, на внутреннюю консолидацию общества, но она имела еще и внешнеполитическое измерение. С одной стороны, это означало формирование благоприятного впечатления о Германии в мире, с другой — создание и внедрение в сознание как немецкого общества в целом, так и отдельного человека строго определенных, желательных власти представлений о других странах и народах, порой вопреки исторической памяти самих немцев.

Любая пропаганда, формируя общественное мнение, целостную картину мира, вынуждена четко определять этот мир, разделяя его по вечному принципу человеческого общества: на своих и чужих. Образ «врага», «чужого», «опасного», «противника» преследует человечество с самого начала его жизненного пути. Любая идеология и пропаганда всегда прямо называли своего врага, против которого необходимо бескомпромиссно бороться.

Одновременно с «образом врага» важной составной часть пропагандистского воздействия является и его не всегда замечаемый исследователями антипод - «образ друга». Особенно актуальным это стало в XX веке, когда мир расширился до пределов всего земного шара, а Первая мировая война показала, что в этом мире трудно выживать в одиночестве, для этого нужны надежные союзники. Поэтому одной из целей национал-социалистической пропаганды стало создание «образа друга» находящейся во враждебном внешнеполитическом окружении Германии.

На роль друга идеологами НСДАП была выбрана фашистская Италия. Итальянский фашизм представлялся им родственным национал-социализму движением и, соответственно, очевидным союзником нацистской Германии. Общность целей, по мнению национал-социалистов, удачно дополнялась отсутствием непреодолимых внешнеполитических противоречий, что гарантировало прочность

союза. Но вплоть до 1933 г. отношение к Италии в немецком обществе было не столь уж дружественным.

Прежде всего, как указывали сами национал-социалисты, истоки неприязни лежали в противоречиях, которые существовали между германской и романской расами, в прошлом не раз вступавшими в борьбу друг с другом. Еще одним источником неприязни являлась борьба в ХГХ - начале XX вв. Италии и Австро-Венгрии, а к последней германские немцы всегда относились по-особому, как к части утраченной «большой родины». Резко обостряло ситуацию итальянское предательство Тройственного союза в Первую мировую войну, платой за которое стала передача Риму провинции Южный Тироль, где проживало значительное немецкое население -примерно 200 тысяч человек. Это создало новый очаг противоборства, а проводимая в Тироле политика итальянизации резко ухудшила отношения между Италией и Веймарской республикой.

Поэтому перед нацистским режимом практически сразу же после завоевания власти встала задача создания средствами пропаганды нового облика Италии и кардинальное изменение общественных представлений о ней.

Объектом диссертационного исследования выбрана политика Третьего рейха в области пропаганды и целенаправленного формирования общественного мнения.

Предметом исследования является образ фашистской Италии, создававшийся нацистскими органами пропаганды.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 30 января 1933 г., то есть с момента прихода НСДАП к власти, по 1 сентября 1939 г., до начала Второй мировой войны, которая кардинально изменила пропагандистскую политику, определив ее новые приоритеты. После начала боевых действий в центре внимания пропаганды находились война и послевоенный порядок. Остальные темы отошли на задний план.

Рассматриваемый в данном исследовании аспект национал-социалистической пропаганды практически не изучен ни в отечественной, ни в зарубежной исторической науке. Несмотря на большое количество исследований, посвященных национал-социализму и его пропаганде в целом, образ Италии в национал-социалистической пропаганде ранее не привлекал внимание исследователей.

В определенной степени с темой данной работы перекликается лишь статья К.-Э. Лённе, где рассматривается образ итальянского фашизма на страницах главной нацистской газеты «Voelkischer Beobachter» в 20-е гг., и главы работ К.-П. Хёпке и Г. Михельса1. Эти исследователи считают, что Италия занимала совершенно особое место в представлениях и пропаганде национал-социалистов.

Статья Лённе носит описательный характер. Западногерманский историк сосредоточился на изучении облика итальянского фашизма на страницах центрального печатного органа НСДАП. По его мнению, в начале 20-х гг. на страницах газеты велась дискуссия по вопросу о степени сходства итальянского фашизма и национал-социализма. Лённе справедливо подчеркивал, что главный редактор «Voelkischer Beobachter» Альфред Розенберг, в отличие от Адольфа Гитлера, сомневался в теоретическом родстве двух движений, а также критиковал итальянский фашизм за отсутствие антисемитских идей и проводимую в Южном Тироле политику. Лённе не уделил внимания прекращению дискуссии, но отметил, что в ходе возникшего в итало-германских отношениях кризиса из-за политики Муссолини в Южном Тироле в 1926 г. «Voelkischer Beobachteo> стал выражать и распространять только положительное мнение партии об Италии, на страницах газеты описывались итальянские достижения в различных областях, вплоть до спорта. Это положение сохранялось до конца 20-х гг. Вывод исследователя об изменениях в образе бесспорен, но вряд ли они были вызваны лишь внешнеполитическими причинами.

Более обоснованным представляется мнение К.-П. Хёпке, который подробно рассмотрел в своей работе вопрос о партийной дискуссии по поводу итальянского фашизма. Его исследование посвящено взаимоотношениям итальянских фашистов и немецких правых, в том числе национал-социалистов. Он проанализировал представления идеологов партии о фашизме, особо выделяя противоположные мнения Розенберга и Гитлера. Хёпке верно считал, что завершение дискуссии было связано с победой Гитлера в борьбе за единоличное лидерство в партии, что означало также принятие его точки зрения по поводу фашистской Италии.

1 Loenne К-Е. Der «Voelkischer Beobachter» und der italienische FaschismusZ/Quellen und Forschungen aus den italienischen

Archiven und Biblioteken. Bd. 51.1971. S. 539-584.

Michels H. Ideologic und Propaganda: Die Rolle von Joseph Goebbels in der nationalsozialistischen Aussenpolitik bis 1939.

FrankfimVM., 1992.

Hoepke K-P. Die deutsche Rechte und der italienische Faschismus. Ein Beitrag zum Selbstverstaendnis und zur Politik von Gruppen der

deutschen Rechten. Duesseldorf; 1968.

Михельс в своей биографии Геббельса отдельную главу посвятил его мнению об Италии и его роли в развитии итало-германских отношений. Опираясь прежде всего на дневниковые записи и речи Геббельса, а также материалы периодической печати, Михельс справедливо указывал, что министр пропаганды восхищался итальянским фашизмом, считал его образцом для будущей Германии и выступал за тесные дружественные отношения между двумя странами. Автор подчеркивал, что Геббельс использовал в Германии итальянские пропагандистские технологии и специально посетил Италию, желая изучить фашистский опыт. Хотя Михельс ничего не писал о пропаганде положительного образа Италии, он указывал, что Геббельс планировал мероприятия по духовному сближению двух наций. Михельс считал, что восхищение Геббельса фашизмом и Муссолини было искренним, и министр пропаганды испытал глубокое разочарование после охлаждения отношений двух стран. Тем не менее, даже тогда он оставался сторонником итало-германского союза и боролся против антиитльянских высказываний немецкой прессы, а после создания «оси» активно способствовал ее укреплению, налаживая тесные культурные связи двух стран. Исследование Михельса ценно и тем, что автор не останавливался на описании чувств и переживаний своего героя, он также изучил его связи с итальянскими лидерами и их совместные проекты.

Проблема создания положительных представлений об Италии в годы нацизма затронута в работах Ф.-Р. Хаусманна и Й. Петерсена, посвященных итало-германским культурным связям в конце 30-х-начале 40-х годов. Оба исследователя верно отмечали, что нацисты пытались наладить тесное сотрудничество двух стран в области образования и культуры и улучшить отношение немцев к Италии, но реализовать свои планы им не удалось1.

В исследовании Хаусманна подробно рассматривается состояние и развитие немецкой романистики в период нацистского господства. Эта работа охватывает огромное количество тем, начиная с анализа отдельных произведений и заканчивая изучением двусторонних культурных связей с романскими странами. Среди прочего Хаусманн останавливался на вопросах об итало-германском сотрудничестве в области

1 Hausmann Fr.-R, «Vom Strudel der Ereignisse verschlungen». Deutsche Romanistik im «Dritten Reich». Frankfiirt/M., 2000. Petersen J. Vorspiel zu «Stahlpakt» und Kriegsallianz: Das deutsch-italienische Kulturabkommen vom 23. Nowember 1938//Vierteljahresheft fberZeitgeschichte. Bd. 36.1988. S. 41-77.

культуры и образования и о состоянии преподавания итальянского языка в Третьем рейхе. По мнению исследователя, Италия занимала не слишком большое место в немецкой романистике, но особое отношение к ней национал-социалистов и развитие ими культурных связей с Италией способствовали повышению внимания к ней. Несмотря на это, Хаусманн делал вполне обоснованный вывод о провале нацистской культурной политики в отношении Италии. В качестве основных причин этого он выделял недостаточное финансирование проектов и более низкий уровень развития итальянской науки и системы образования по сравнению с германской, что препятствовало плодотворному сотрудничеству.

Статья Й. Петерсена, посвящена не только итало-германскому культурному соглашению 1938 г., но и состоянию культурных связей до подписания договора, а также процессу его реализации. Петерсен считал, что подписание культурного соглашения между Италией и Германией отнюдь не стало выдающимся событием. По его мнению, этот договор носил гораздо менее глубокий характер, чем предыдущее соглашение, связывавшее Италию с Австрией и чем проекты, предложенные сторонниками укрепления культурных связей двух стран. Он подчеркивал, что соглашение было подписано с опозданием, вызванным борьбой за это право различных ведомств, которую выиграл МИД, слабо разбиравшийся в вопросах культурного сотрудничества. А реализация договора была серьезно затруднена начавшейся Второй мировой войной. В итоге, по мнению Петерсена, не все пункты договора и не в полном объеме были воплощены на практике. В отличие от Хаусманна, главной причиной неудачи Петерсен более обоснованно, на наш взгляд, считал начало войны, хотя также отмечал несоответствие итальянской и немецкой образовательных и научных систем.

Несмотря на почти полное отсутствие научной литературы по теме диссертации, для работы над проблемой было привлечено большое количество исследований, проясняющих отдельные аспекты темы. Изученные работы имеет смысл разделить на пять групп: труды по общей теории пропаганды; исследования по нацистской пропаганде; общеисторические работы о национал-социализме, фашизме и тоталитаризме; исследования итало-германских отношений; биографическая литература.

Хотя существует большое количество работ по теории пропаганды, однозначного (или общепринятого) ответа на вопрос: «Что такое пропаганда?» еще не дано. Стоит сразу же оговориться, что все исследователи различают пропаганду и агитацию - более грубую деятельность по убеждению масс, нацеленную на получение быстрого краткосрочного эффекта.

Разработка научного подхода к теории пропаганды началась еще в межвоенный период. В Германии интерес к теме был вызван поражением от Антанты в пропагандистской войне 1914-1918 гг., поэтому сразу после окончания Первой мировой войны немецкие исследователи стали изучать пропаганду как способ мобилизации масс и обеспечения победы. Например, Рюельманн и Штерн-Рубарт в своих работах рассмотрели культурную и политическую пропаганду Англии, Франции, США и Италии. Их общий вывод заключался в отставании Германии в данной области и необходимости овладеть этим «тайным оружием»1. Трудно сказать, насколько данные исследования повлияли на представления НСДАП, но в любом случае национал-социалисты не могли не знать об особом внимании, уделяемом в общественных науках проблеме пропаганды.

С уверенностью можно утверждать, что большое влияние на нацистов оказала теория толпы Густава Лебона, созданная еще в конце XIX в.2 Лебон считал, что основную часть общества составляет толпа, лишенная каких-либо идеалов, ценностей и достоинств, которой можно и нужно управлять.

Интерес к пропаганде сильно возрос после Второй мировой войны, что во многом было «заслугой» именно национал-социалистов.

Советская наука3 разделяла пропаганду по классовому принципу на два вида: буржуазную и коммунистическую. Буржуазная пропаганда характеризовалась как грубое манипулирование людьми, а вот коммунистическая, согласно мнению советских специалистов, являлась новым позитивным общественным инструментом, призванным не уводить человека от действительности, а раскрывать ему суть

1 Ruehlmann P. M. Kulturpropaganda. Grundsaetzliche Darlegung und Auslandsbeobachtungen. Charlottenburg, 1919. Stern-Rubarth E. Die Propaganda als politische Instrument Berlin, 1921.

2 Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1995.

3 Общественное мнение и пропаганда. М., 1980.

Гуревич П Л. Пропаганда в идеологической борьбе. М., 1987.

Беглов С. И. Внешнеполитическая пропаганда. Очерк теории и практики. М, 1980.

Илюшин И. А. Пропаганда и информация (информационный аспект методологии и методики пропагандистского

мастерства). Владивосток, 1987.

социальных явлений. Советские исследователи определяли пропаганду как «исторически обусловленную форму политической и идеологической деятельности, которая используется различными партиями, классами, государствами для

целенаправленного распространения своих идей, воззрений и ценностей с целью

i оказать воздействие на мировоззренческие представления, социальную ориентировку

и поведение индивидов и социальных общностей»1. В принципе, грань между манипулированием и воздействием получается очень зыбкая, но сохранение различия между буржуазной и советской пропагандой должны были обеспечивать честность и принципиальная научность работы советских пропагандистов.

Коммунистическая пропаганда, по мнению советских ученых, выполняла важные общественные функции: информативную, прогностическую, социального миротворчества и т.д. Именно эта идея стала, на наш взгляд, наиболее ценным вкладом советских ученых в теорию пропаганды.

Представители марксистской науки уделяли особое внимание структуре пропаганды, ее методам и средствам. Подробнейшую и единственную упорядоченную классификацию типов, средств и методов пропаганды предложил польский ученый Л. Войтасик2.

Западные исследователи более объективно подходили к изучению проблемы3, во многом благодаря созданию различных, конфликтующих между собой теорий пропаганды. В целом они характеризовали пропаганду как процесс убеждения масс, влияния на общество, создания нового общественного мнения и изменения уже существующего. В отличие от советских авторов, признававших выполнение пропагандой важных положительных общественных функций, западные ученые считали ее скорее манипуляцией общественным сознанием, проводимой в интересах различных групп.

Крайне своеобразно и интересно представление о пропаганде Ханны Арендт. Она определяла ее только как деятельность по привлечению сторонников. То есть пропагандистские действия внутри страны продолжаются лишь до прихода режима к

1 Гуревич П. С. Указ. Соч. С. 100.

2 Войгасик Л. Психология политической пропаганды. М, 1981.

3 Но и западная наука была несвободна от идеологических штампов. Например, в западногерманской политической брошюре времен холодной войны пропаганда, определяемая как распространение идей и мнений, жестко противопоставлялась агитации как оружию тоталитарных сил: национал-социалистов, фашистов и коммунистов. - Agitation und Propaganda. Bonn, 1963.

власти и установления тоталитарного господства, после чего внутри страны начинается идеологическая обработка населения, а пропагандистская машина продолжает работать, воздействуя теперь только на заграничные страны1. Отчасти Арендт, безусловно, права, но возникает один вопрос: насколько идеологическая обработка отличается от пропаганды и отличается ли вообще? Скорее нет, так как стремящаяся к власти группа для привлечения сторонников также внушает им свои идеологические постулаты, а идеологическая обработка населения преследует ту же цель, что и пропаганда - привлечение новых и удержание прежних сторонников.

Более обоснованной кажется точка зрения другого специалиста в области пропаганды - Жака Эллюля. Он разделял «пропаганду агитации» до прихода к власти и «пропаганду интеграции» после ее завоевания. Отличие между ними заключалось, прежде всего, в глубине психологической обработки сторонников и последователей. Эллюль считал, что в XX веке массы приобщились к политической жизни, и извлечь их из нее не представляется возможным, массы можно только обрабатывать, внушая им определенные идеи. Пропаганда и есть средство их обработки, имеющее важнейшее значение, так как «только пропаганда способна заставить блуждающее внимание толпы остановиться и сосредоточиться на каком-либо событии... только пропаганда в силах заставить общественное мнение объединиться и сориентироваться на какое-то определенное событие»2. Точка зрения Эллюля представляется обоснованной, но излишне категоричной. Он рассматривает только хаотичные и неорганизованные человеческие массы, но совершенно не уделяет внимания индивиду, способному иметь личное мнение.

Современные исследователи попытались выработать новые подходы к теории пропаганды. Отечественные ученые использовали наработки и советской, и западной науки, хотя более верным и оправданным считали западный подход3. Они характеризовали пропаганду как воздействие на массы, зачастую используя при этом термин «манипулирование». Как одну из самых важных задач пропаганды российские исследователи выделяли создание нужного общественного мнения как внутри страны,

1 Аревдг X. Истоки тоталитаризма М, 1996. С. 451.

2 Эллюль Ж. Политическая иллюзия. М, 2003. С. 191.

3 Мельник Г. С. Mass media: психологические процессы и эффекты. СПб., 1996. С. 21. Доценко Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. М, 1997. Грачев Г. В., Мельник И. К. Манипулирование личностью. М., 2003.

Почепцов Г. Г. Пропаганда и контрпропаганда. М., 2004. Скуленко М. И. История политической пропаганды. Киев, 1990.

так и за ее пределами. Вместе с тем, они считали, что пропаганда выполняет определенные функции, прежде всего, информативную.

Эта точка зрения, сочетающая идеи двух подходов, представляется наиболее обоснованной и полно раскрывающей суть пропаганды. Однако спорным кажется частое употребление термина «манипулирование», использование которого придает пропаганде негативное значение, с чем согласны и сами отечественные исследователи. Представляется очевидным, что пропаганда сама по себе не является положительной или негативной, это зависит от использующих ее лиц.

Попыткой анализа специфических особенностей тоталитарной пропаганды является диссертационное исследование К. А. Говорухиной1. Автор изучала каналы получения информации в тоталитарном обществе, функции, выполняемые в нем пропагандой и т.д. К сожалению, исследователь, несмотря на заявленное название, больше внимания уделяла проблемам тоталитаризма и, отчасти, пропаганды в целом, и меньше - вопросу о методах и структуре тоталитарной пропаганды. Раздел диссертации, посвященный сравнению фашистской, национал-социалистической и советской пропагандистских систем, написан с привлечением узкого круга источников и не содержит оригинальных выводов. Несмотря на эти недостатки, исследование Говорухиной является единственной попыткой в отечественной науке проанализировать сущность и специфику тоталитарной пропаганды.

Особого внимания заслуживают работы немецкого ученого Т. Буссемера, в которых он рассмотрел историю изучения феномена пропаганды и пропаганду национал-социализма. Буссемер считал пропаганду «конструктивным способом коммуникации современного общества» (включая весь XX век). Наличие большого числа теорий пропаганды он объяснял эволюцией общества, постепенно привыкающего и вырабатывающего защитные механизмы, и вслед за ним пропаганды, изобретающей все новые типы воздействия. Он выделял пять этапов развития и типов пропаганды, различавшихся в соответствии с господствующими представлениями о человеке и способах влияния на него: человек хорош (XIX в.), человек плох (национал-социалисты), человек измерим (американская школа), человек хаотичен (Эллюль) и человек-активный реципиент (пиар). Точка зрения Буссемера

1 Говорухина К. А. Политическая пропаганда в тоталитарном обществе. Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук. Краснодар, 2002.

2 Bussemer Т. Propaganda Konzepte und Theoriea Wiesbaden, 2005.

представляется логичной и обоснованной. Пропаганда действительно сильно эволюционировала в XX в.: с одной стороны — под влиянием самих появлявшихся новых теорий, с другой — в поисках новых методов воздействия на постепенно привыкавшее к ней общество, поэтому логично, что и теории различных времен описывают разные виды пропаганды. Характеристика «человек плох» применительно к нацистской пропаганде является абсолютно оправданной. Национал-социалисты, вслед за Лебоном, были низкого мнения о способностях «человека толпы».

Среди исследований, посвященных пропаганде в целом, стоит выделить работу немецкого исследователя В. Альтгельда, посвященную представлениям итальянцев о Германии и немецком народе1. Автор затрагивал проблему развития представлений о Германии в общественном сознании и прослеживал эволюцию мнений в Италии от момента объединения до начала Второй мировой войны. Вывод исследователя заключался в том, что, несмотря на изменение мнений вслед за внешнеполитическими событиями, отношение к Германии можно описать формулой «любовь-ненависть»: итальянцы восхищались немецкой военной мощью и дисциплиной, но опасались воинственного германского духа. По мнению Альтгельда, они испытывали к Германии и немцам минимум симпатии, но никогда не испытывали вражды. К сожалению, исследуя представления итальянцев, автор умалчивал о пропаганде и представлениях фашистов о национал-социалистах.

Созданию, эволюции и содержанию географических образов в общественном сознании посвящена книга «Мир глазами россиян» . В отличие от работы Альтгельда, это аналитическое исследование. Его авторы не только рассматривают образы других стран и народов в сознании российского общества, но и дают теоретическое обоснование процесса создания и развития географических образов. По их мнению, географический образ является комплексным, статичным и трудно изменяемым явлением. Он возникает после первых контактов с какой-либо страной и народом и включает в себя знания об истории, культуре и т.д., а также личные переживания, мнения или пристрастия. Особенно большое значение для эволюции географического

Bussemer Т. Propaganda und Populaerkultur. Konstruirte Erlebniswelten im Nationalsozialismus. Wiesbaden, 2000. S. 23.

1 Altgeld W. Das Deutsche Reich im italienischen Urteil 1871-1945//Das Deutsche Reich im Urteil der Grossen Maechte und europaeischenNachbam(1871-1945).Muenchen, 1995. S. 108-121.

образа, согласно авторам работы, имеет состояние дипломатических отношений с данной страной, наличие или отсутствие конфликтов.

Проблему национал-социалистической пропаганды исследовали в основном немецкие ученые. Их работы посвящены главным образом внутренней пропаганде. Пропаганде внешних образов уделялось меньше внимания, в основном в отдельных разделах обобщающих трудов, кроме того, традиционно внимание уделялось образу врага - евреев, Франции, Польши, СССР, - а не друга.

Одним из важнейших дискутируемых вопросов являлся вопрос об оценке эффективности пропаганды. Большинство исследователей приходило к выводу о неудаче пропаганды за рубежом, поскольку немецкие пропагандистские приемы не действовали на население других стран, в отличие от пропаганды, нацеленной на самих немцев. С. Хаффнер считал, что причина успеха гитлеровской пропаганды крылась в ее соответствии особенностям немецкого характера и в понимании психологии немцев1. Р. С. Вистрих подчеркивал, что пропаганда была возвышена национал-социалистами до ранга искусства и являлась их главной силой, а культ фюрера заменил им политическую программу2. К. Вондунг даже характеризовал национал-социалистическое движение как магическое и ритуальное, завораживавшее немцев и пропитавшее все сферы жизнедеятельности немецкого общества своим идеологическим культом. По его мнению, наибольшей силой воздействия обладали проводимые режимом массовые мероприятия и созданные им праздники3. П. Райхель в своем исследовании рассматривал систему нацистской пропаганды в целом, подробно останавливаясь на использовании нацистами прессы, радио и кино для достижения своих целей. Он считал, что национал-социалисты были гораздо профессиональнее и успешнее своих оппонентов, так как использовали последние новинки, в том числе и технические, а также опыт своих противников, приспосабливая его к собственным нуждам4. Феномен национал-социалистической пропаганды, на наш взгляд, состоит в том, что правы все эти исследователи. Ее успех был обусловлен вниманием к религии, психологии и технике одновременно.

'Haf&erS. Germany: Jekyll&Hyde. 1939-DeutschIand von flinen belrachteL Berlin, 1996.

2 Wistrich R. S. Ein Wochenende in Muenchen. Kunst, Propaganda und Terror im Dritten Reich. Frankfurt/M., 1996.

3 Vondung K. Magie und Manipulatioa Ideologischer Kult und politische Religion des Nationalsoaalismus. Goettingen, 1971.

4 Reichel P. Derschoene Schein des Dritten Reiches. Faszination und Gewalt des Faschismus. Frankfurt/M., 1994.

Но существуют и работы, иначе трактующие результаты пропаганды. X. Д. Шефер и Т. Буссемер1, во многом опираясь на новый источник — опубликованные доклады социал-демократической эмиграции, считали, что пропаганда в годы нацизма не имела особого успеха. Шефер, исследуя историю и культуру повседневности, полагал, что немецкая молодежь не была духовно завоевана национал-социалистами, а лишь воодушевлена с помощью пропагандистской техники. Буссемер писал, что утверждения об успехе пропаганды являются мифом, возникшим в послевоенное время для объяснения ужасов войны. Наиболее успешным продуктом пропаганды он считал культ фюрера, а наиболее успешным периодом - этап интеграции 1933-1939 гг., когда пропаганда была максимально аполитичной и амбивалентной. В целом, по его мнению, исследователи переоценивали политизацию масс и слишком много внимания уделяли демонической личности Гитлера. Буссемер считал нацистскую пропаганду современной, уделявшей внимание массовой культуре и культу техники.

Буссемер несомненно прав в том, что пропаганда не всегда и не во всем была успешной и что нацистам не удалось охватить ею все общество. Однако данная критическая точка зрения совершенно не объясняет отсутствие в Германии реальной оппозиции нацизму и лояльность немцев режиму вплоть до 8 мая 1945 г.

Между этими двумя группами мнений находится точка зрения Я. Кершоу, исследовавшего нацистский культ личности, опираясь в основном на баварские материалы. Он пришел к выводу, что национал-социалисты не пользовались большой популярностью в Германии, но им удалось создать культ фюрера и сделать Гитлера идолом немцев, которые верили лично ему и сохранили свою верность до конца, хотя процент доверия неуклонно снижался в ходе войны. Вместе с тем, по мнению Кершоу, успех культа Гитлера зависел не столько от деятельности пропагандистов, сколько от самого Гитлера и от традиционных вождистско-монархических представлений немцев, веривших в сильную личность, способную возвысить Германию. В другой работе он уточнял, что успехи пропаганды были в большей степени вызваны кризисной обстановкой в Германии, нежели являлись заслугой пропагандистов2. В этом Кершоу несомненно прав, хотя стоит заметить, что выбор

1 Schaefer H. D. Das gespaltene Bewusstsein. Deutsche Kultur und Lebenswirklichkeit 1933-1945. Muenchen, 1983. Bussemer T. Propaganda und Populaerkultur. Konstruirte Erlebniswelten im Nationalsozialismus.

2 Kerschaw J. Der HMer-Mythos. Volksmeinung und Propaganda im Dritten Reich. Stuttgart, 1980. Kerschaw J. Hitlers MachL Das Profil der NS-Herrschaft. Muenchen, 2001.

злободневных тем, выпячивание кризисных моментов и использование их для вербовки сторонников и завоевания власти все же является заслугой именно органов пропаганды.

Самым обоснованным является, пожалуй, мнение П. Лонгериха, который в своей статье обобщил сущностные черты нацистской пропаганды и кратко, но емко проанализировал ее основные компоненты1. Он считал, что пропаганда - это «ключевое понятие» в истории нацизма, но дать ей оценку ее эффективности в целом невозможно. Он справедливо указал, что несмотря на большое количество воспоминаний о нацистском правлении, «все равно остаются сомнения в их надежности», и все выводы будут условными. Одновременно он верно отмечал, что эффективность пропаганды была различной: во многих областях она была успешной, в некоторых — нет. Например, нацистам так и не удалось внедрить в массовое сознание антисемитские представления или вызвать военный ажиотаж.

Исследователи обращают особое внимание на пропаганду до 1933 г. как способ завоевания власти2 и военную пропаганду как самую массированную3.

В целом, изучая пропаганду до 1933 г., историки приходят к выводу о том, что она была главной причиной успеха нацистов, хотя в отношении этого периода они говорят не только о пропаганде, но и об агитации. А Д. Грисвелле вообще считал, что до 1933 г. стоит говорить как раз не о теоретически обоснованной нацистской пропаганде, а скорее об агитации и эмоциональной активизации масс .

Одним из самых масштабных и подробных исследований пропаганды военных лет является монография Р. Э. Герцштейна «Война, которую выиграл Гитлер»5, описывающая систему национал-социалистической пропаганды и функционирование ее отдельных элементов: прессы, радио, кино, театра и т.д. Уже из названия работы видно, что ее автор считал нацистскую пропаганду военных лет очень эффективной. По мнению Герцштейна, пропагандистам Третьего рейха удалось обеспечить поддержку режима немецким обществом на протяжении всей войны. Особое

1 Longerich P. Nationalsozialistische Propaganda//Deutschland 1933-1945. Neue Studien zur nationalsozialistischen Herrschaft. Duesseldotf 1993. S. 291-314.

2 Gerhard P. Aufctand der Bilder. Die NS-Propaganda vor 1933. Bonn, 1990.

Ohr D. Nationalsozialistische Propaganda und Weimarer Wahlen. Etnpirische Analysen zur Wirkung von NSDAP-Versammlungea Opladen, 1997.

3 Longerich P. Propagandisten im Krieg. Die Presseabteilung des Auswaertigen Amtes unter Ribbentrop. Muenchen, 1987. Horst H. Die Taktik der Pressepropaganda des Hitlerregimes 1943-1945. Muenchen, 1963.

4 Grieswelle D. Propaganda der Friedlosigkeit Eine Studie zu Hitlers Rhetorik 1920-1933. Stuttgart, 1972.

5 Герцштейн Р. Э. Война, которую выиграл Гитлер. Смоленск, 1996.

внимание в книге уделялось идее «тотальной войны» Геббельса, которую исследователь считал упущенным шансом Гитлера.

Значительное количество работ посвящено анализу отдельных средств пропаганды, используемых ими методов и их важности для воздействие на общество: прессы , радио , кино , пропаганды с помощью СА , системы праздников и массовых мероприятий5, культа фюрера6. В этих работах раскрывался механизм функционирования данных элементов системы пропаганды Третьего рейха и их выводы можно проецировать на пропагандистскую политику в отношении Италии. Также в них встречается информация об отдельных элементах образа фашистской Италии или немецких заимствованиях итальянского пропагандистского опыта.

Национал-социализму и фашизму в целом посвящено огромное количество работ. В них также затрагивались вопросы функционирования пропаганды. Данные исследования помогают вписать пропаганду в контекст эволюции нацистского режима и избежать переоценки ее роли. Они показывают ее значимость и место в истории национал-социализма и предоставляют возможность выявить связи между историческими событиями и поворотами пропагандистской политики, отдельными пропагандистскими акциями. Классическими работами по истории двух режимов считаются труды М. Бросцата, X. Моммзена, У. Тамера, В. Бенца, Э. Нольте7 и др. Отдельно стоит отметить исследования советских историков А. А. Галкина и Б. Р.

1 Abel K.-D. Presselenkung im NS-Staat Eine Studie zur Geschichte der Publizistik in den nationalsozialistischen ZeiL Berlin, 1968. Frei N. Nationalsozialistische Presse und Propaganda//Das Dritte Reich: Herrschaftsstruktur und Geschichte. Muenchen, 1983.

2 Boelcke W. A. Rundlimk//Deutsche Verwaltungsgeschichte. Bd. 4. Stuttgart, 1985. S. 959-966. Radiozeiten. Herrschaft, Alltag.Gesellschaft. 1924-1960. Potsdam, 1999.

3 Dormer W. Propaganda und Film im «Dritten Reich». Berlin, 1995.

Schleicher A. G. Spielfflm und politische Propaganda im nationalsozialistischen Deutschland. Marburg, 1998.

4 Reinchardt S. Faschistische Kampfbuende. Gewalt und Gemeinschaft im italienischen Squadrismus und in der deutschen SA. Koeln, 2002.

Balister T. Die Tatpropaganda der SA. Erfolg und Mythos//Propaganda in Deutschland. Zur Geschichte der politischen Massenbeeibfluessung im 20. Jahrhundert. Darmstadt, 1996. S. 23-34.

5 Bytwerk R. L. Die nationalsozialistische Versammlungpraxis. Die Anfaenge vor 1933//Propaganda in Deutschland S. 35-50. Kratzer W. Feiem und Feste der Nationalsozialistea Aneignung und Umgestaltung christlicher Kalender, Rken und Symbole. Muenchen, 1998.

6 Behrenbeck S. «Der Fuehren>. Die Einfuehrung eines politischen Markenartikels//Propaganda in Deutschland. S. 51-78. Casmir F. L. Hitler als Prototyp des politischen Redners. Charisma und Mystifikation//Propaganda in Deutschland. S. 79-99.

Dolezel S. Loiperdinger M. Adolf Hitler in Parteifilm und Wochenschau/ZFuhrerbilder. Hitler, Mussolini, Roosevelt, Stalin in Fotografie und Film. Muenchen, 1995. S. 77-100.

7 Benz W. Herrschaft und Gesellschaft im nationalsozialistischen Staat Frankfurt/M., 1990.

Broszat M. Der Staat Hitlers. Grundlegung und Entwicklung seiner inneren Verfassung. Muenchen, 1969.

Mommsen H. Nationalsozialismus als vorgetaeuschte Modemisierung//Der historische Ort des Nationalsozialismus. Annaeherungen.

Frankfurt/M., 1990. S. 31-46.



Nolte E. Der Faschismus in seiner Epoche. Die Action francaise. Der italienische Faschismus. Der Nationalsozialismus. Muenchen,


izumzum.ru