Текст "Махабхарата", книга16 - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Текст "Махабхарата", книга16 - страница №1/2

04.08.2008 текст "Махабхарата", книга16.
Текст «Махабхарата», книга 16.

На тридцать шестой год правления Юдхиштхиры появились различные неблагоприятные знаки, и множество людей начали толковать, почему эти неблагоприятные знаки появились. Толкование привело к тому, что начало сбываться проклятие царицы Гандхари, которая потеряв своих сыновей, прокляла род Кауравов после того, как ее сыновья были убиты во время битвы на поле Курукшетра. Тогда Кришна сказал горожанам, что нужно отправиться в паломничество по святым местам. Поскольку такие знаки продолжались: исчезли стяги Рамы и Кришны, которые унесли с собой в небеса апсары, возничий Кришны видел, как кони, запряженные в небесную колесницу, умчали прочь железную чакру с алмазной сердцевиной, которая была подарена Кришне богом Агни. Было замечено, как ракшасы похищают украшения, зонты, знамена, доспехи – то, что олицетворяло заслуги, то все начали собираться и говорить, что надо отправиться быстрее в паломничество по святым местам.

Тогда жители города, вришнии, андхаки, различные воины вместе с женщинами решили идти в паломничество. Они заготовили много пищи, блюда, разные напитки, хмельное и в изобилии мясо. Затем, выпив вина, на повозках, конях, слонах они отправились за пределы города. Они остановились в Тиртхе, т.е. в священном месте, называемом Прабхаса. В этом священном месте вместе с женами они устроились, будто дома, имея в изобилии еду и напитки. Таким образом, они нарушили правила паломничества. Поскольку согласно правилам паломничества нужно воздерживаться от хмельного, поститься и т.д.

Узнав, что все эти люди, жители и воины устроились на берегу океана, святой Уддхава, который постиг смысл происходящего и будущее, попрощался с этими героями, воинами и покинул их.

Кришна, предвидя гибель этого народа, не удерживал его, когда он попрощался с ним. Говорится, что вришнийцы, андхаки, воины различных кланов и народов были настигнуты временем, они просто смотрели, как Уддхава их покидает. Затем, когда они ели в этом месте паломничества, у них была чистая пища, которая была предназначена брахманам для раздачи, они бросали ее обезьянам, смешав с алкоголем. Прямо в этом священном месте Прабхаси среди мощных воинов началось страшное пьянство. Под звуки сотен музыкальных инструментов присоединилось множество различных танцоров, факиры, т.е. вместо того чтобы очиститься в месте паломничества, выполнить тапасью, происходила вакханалия. В присутствии Кришны были также Критаварман, Юдханагада, Бадхру, Баларама, которые питались возлиянием. Посреди собрания Ююдхана, один из царей, который стоял на стороне Пандавов, опьяненный, сказал, насмехаясь, царю Критаварману, который на поле битвы Курукшетра много лет назад сражался против – за Кауравов: «Ты не кшатрий, ты недостоин уважения, поскольку ты посмел разить спящих воинов, которые спали, будто мертвые. Никогда тебе Ядавы не простят».

Был такой эпизод, когда многие из Пандавов были жестоко поражены Кауравами не во время битвы, а спящими, которые решили так отомстить за убийство Дроны.

В ответ Критаварман в большой ярости произнес, сделав жест левой рукой: «На самом деле ты тоже не был великим героем, поскольку ты победил еле живого Бхоришраваса, у которого были отсечены руки». Когда эти слова Кришна услышал, то он очень рассердился на все это, и другой царь Сатьяки что-то сказал Кришне об истории драгоценного камня Шьямантаки и оскорбил жену Кришны.

В этом состоянии были многие опьяненные воины, которые не контролировали себя. Они друг друга оскорбляли, впадая в нечистое видение, вспоминали различные эпизоды, находясь в состоянии полного опьянения. В конце концов, Сатьяки налетел на Критавармана и мечом снес ему голову. Кришна бросился к Ююдхане, стараясь остановить побоище, и другие воины схватились, кто во что горазд. Тогда все другие воины из народа бходжей, андхаков тоже окружили друг друга. Кришна тогда просто наблюдал, понимая, что это поворот колеса времени, и таким образом разворачивается судьба их народа и карма проклятия. Все эти воины, опьяненные вином, движимые яростью, начали обрушивать на Ююдхану блюдо с объедками, т.е. Ююдхана снес голову Критаварману мечом, а воины начали кидать в него блюда с объедками. Прибежал сын Рукмини и схватился с бходжами, сатьяки с адхаками, но тех было много, и оба были убиты на глазах у Кришны. Были убиты сын Кришны и его родственник Шайнея. Поэтому он сам в гневе схватил тогда пучок травы эрока (или это хворостина была) и превратился в грозную железную палицу, подобную ваджре. Тогда он принялся разить тех, кто находился перед ним. Другие воины тогда тоже начали хватать эти прутья и сражаться друг с другом. Эти прутья в силу предыдущего проклятия, которое было наложено брахманами, обрели такую силу, что каждый, кто ни хватал, они становились, словно железные; каждый, кто за них ни хватался, казалось, будто они превращаются в ваджру; любая травинка становилась палицей. Это было следствие кары, насланной брахманами за то, что они неправильно пошутили перед этим. Этот эпизод мы обсуждали.

И какую бы травинку они ни метали, она оказывалась крепкой палицей, подобной ваджре. Сын разил отца, отец – сына, и вошедшие в раж, они носились, топча друг друга, словно в огонь летели мотыльки, но никто из них не думал о бегстве.

Глядя на это, Кришна некоторое время стоял неподвижно, подняв свою палицу, просто он понимал, что таков поворот времени и таков разворот кармы. За всем он видел божественную игру, поскольку вся лила с битвой на поле Курукшетра была затеяна богами. Именно для этого воплотились Пандавы, чтобы сократить количество нечестивых демонов на земле. Однако когда он увидел Прадьюмну, Анирудху, Самбу и других, он пришел в ярость; видя, что пал его брат Гада и другие родственники, он принялся тоже истреблять всех подряд. Когда тот избивал воинов, то его колесничий Дарука и военачальник Бадхру (помощник) сказали через некоторое время: «О, Бхагаван, Ачьюта, большинство тобой уже уничтожено. Давай теперь найдем Балараму и отправимся туда, где он пребывает».

Тогда Кришна, Бадхру и его возничий Дарука отправились искать Балараму и увидели, что он одиноко медитирует под деревом. Кришна сказал тогда: «Ступай скорее к Арджуне и расскажи ему о великом побоище среди Ядавов, как они, опьяненные напитками, сражаясь прутьями, избили друг друга. Пусть Арджуна скорее поспешит сюда, услышав о том, как погибли Ядавы из-за проклятия брахманов».

Дарука, упав духом, на колеснице отправился за Арджуной в царство Дхритараштры. Тогда Кришна, увидев помощника Бадхру, сказал: «А ты ступай скорее, чтобы защитить женщин. Отправляйся в Айодхью». Бадхру двинулся в путь, страдая от пьянства, но когда он был еще недалеко, его на ходу внезапно настигла смерть из-за проклятия брахманов: огромная палица слетела случайно с молота охотника. Увидев, что Бадхру убит, Кришна позвал старшего брата и сказал: «Баларама, подожди меня на этом месте, пока я передам женщин под защиту сородичей».

Затем явившись в город Дваравати, он обратил к своему отцу речь: «Да защитишь ты всех наших женщин, пока не придет Арджуна. На окраине города меня ожидает Баларама, я сейчас пойду встречаться с ним. Я видел избиение Ядавов, и я не в силах больше смотреть на этот город Ядавов, где больше нет нашего клана Яду, поэтому я намерен отправиться в лес, стать отшельником. Мы вместе с Рамой будем отшельничать и выполнять тапас».

Кришна так сказал отцу Васудеве, коснулся его стоп головой и устремился прочь.

Когда все жители начали очень сильно волноваться из-за этого, он сказал: «В город придет Арджуна, достойнейший из мужей, который возьмет вас под свое покровительство». И затем он отправился в лес, где видел Раму, который пребывал в уединении. Когда он пришел, то увидел своего брата Балараму (Баларама считается второй личностью Кришны, его иллюзорным телом, экспансией), который сидел в глубокой медитации, то увидел огромного белого змея, который вышел изо рта Баларамы, погруженного в самадхи, и прямо на глазах у Кришны он вошел в океан.

Это был змей Шеша – тысячеголовый змей, который хранил и поддерживал землю. Тысячеголовый, с капюшонами, как у горы, с красной пастью он вышел из тела Рамы, т.е. это была тонкая сущность Рамы. Он вошел в океан вместе с нагами и священными реками. Навстречу ему поднялось много нагов и царей нагов, которые поприветствовали его, выказав почет подношениями напитка артхья и воды для омовения ног. Это были самые знаменитые наги – Васуки, которым пахтали океан когда-то боги и асуры; Такшака; Каркатака; Варуна; Кунджари; Шанка и другие.

После того как Рама таким образом вошел в самадхи и исчез из этого мира, то сам Кришна выполнял глубокий тапас, и находясь в самадхи, просто скитался по пустынному лесу. Однажды он прилег на землю и, медитируя на судьбу клана, вспоминая, что говорила Гандхари, он вспомнил все, что произнес когда-то риши Дурваса, когда обмазывал его остатками паясы (рисовой пищи), будучи ребенком. Он понял, что такова логика кармы, логика судьбы этого клана. Сам Кришна был благословлен риши Дурвасой, который пришел его ребенком благословить, и он обмазал его паясой (ритуальным рисовым блюдом). Когда он обмазывал его, то держал его за ногу, поэтому пятка на ноге осталась не благословленной. По другой версии – когда мать окунала его в Гангу, то держала за ногу, и только эта часть у него была уязвимой.

Обдумывая побоище андхаков и вришниев, гибель воинов Куру, Кришна понял, что пришло время ему исчезать из этого мира. Силой своего намерения он сделал так, что это проявилось в виде охотника, который пустил в него стрелу. Он вобрал свои чувства, разум, речь и лег, погруженный в самадхи. В это время в лесу появился грозный охотник Джара, который преследовал оленя. Издалека он принял за оленя лежащего Кришну, который был погружен в самадхи. Тогда стрелой он поразил его в пятку – единственное незаговоренное место. А когда он увидел, что это не зверь, он сильно раскаялся и, понимая собственную вину, пришел в большое отчаяние. Но Кришна утешил его и тотчас вышел из тела, освещая собой мир. Он отправился на небеса и навстречу ему вышли Индра вместе с богами Ашвинами, Рудрами, Адитьями, Васу, Вишвами; вышли навстречу отшельники, сиддхи, первые среди гандхарвов и апсар. Тогда Бхагаван Нараяна – источник жизни, наставник йогов обрел место на небесах.

В эпосе «Махабхарата» Кришна и Арджуна – это воплотившиеся два риши: Нара и Нараяна. При этом Арджуна не помнил себя, а Кришна помнил себя. Тем не менее, это были риши-близнецы Нара-Нараяна.

Встретившись с богами и риши, Кришна принял почести от склонившихся перед ним чаранов. Чараны – это существа (полубоги), которые странствуют по различным тонким измерениям, восхваляя различных святых песнями, славословием, стихами; которые входят в свиту какого-либо божества. Он принял также почести от первых среди гандхарвов, лучших из апсар, сиддхов и садхи (полубожеств). Боги приветствовали его, и первые среди отшельников славили его речами. Также гандхарвы, которые приблизились, пели ему хвалу.

Дарука в это время явился во дворец Дашаратхи, встретился с Арджуной и другими братьями и рассказал, как вришнии схватились друг с другом в битве на палицах, будучи опьяненными, что погибли потомки вришнии с бходжами, кукурами и андхаками. Пандавы пребывали в очень большом смятении. Тогда Арджуна попрощался с братьями и отправился повидать своего дядю со стороны матери, сказав: «Не может такого быть».

Дядя со стороны матери для Арджуны, был отец Кришны – Васудева. В окружении Васудевы было шестнадцать тысяч женщин и поскольку они лишились Кришны – своего повелителя, это были фактически его жены. Завидев Арджуну, они подняли громкий крик и просили быть их покровителем. При встрече с ними, которые потеряли Кришну и многих воинов, Арджуна был в большом смятении. Здесь говорится, что Дварака в это время, город, оставленный его повелителями, уподобился грозной реке Вайтарани, влекомой арканами времени. Только вместо вод этой реки были тела вришниев и андхаков, рыбами – кони, лодками – колесницы, а шумом потока был гром колесниц.

Так Арджуна увидел Двараку. Она была лишена своего величия, безрадостная, подобная лотосному пруду в мороз. Глядя на жен Кришну, увидев такой Двараку, Арджуна не мог сдержать слез и зарыдал в голос. Затем его подняли с земли, усадили на трон и безмолвно встали по сторонам. Он побеседовал с женщинами и отправился на встречу с Васудевой. Увидев, что Арджуна был в большом смятении, что он кланяется Васудеве с большим душевным волнением, этот риши-старец обнял его и начал вспоминать всех братьев, сыновей, внуков и дочерей.

Он сказал: «Да, теперь я не вижу здесь тех великих воинов, что побеждали сотнями и царей, и дайтьев, а вот сам я еще жив».

Он начал рассуждать, почему же так случилось? По вине твоих любимых учеников, что были всегда так почитаемы, пришли к гибели вришнии. Но он сказал: «Я не виню, поскольку это проклятие брахманов». Кришна, который когда-то одолел Кансу, Кешана, тот, кто сделал это с Кауравами, теперь на самом деле взирал на это бесстрастно, потому что такова была судьба, и он сам видел это как игру.

Тогда Васудева сказал: «Наверное, пришел конец этому роду и в город Дваравати придет Вибхасу, нужно рассказать ему, как случилось такое великое истребление. Пусть этот Пандава возьмет на себя заботу о женщинах, а город с этими сторожевыми башнями уйдет под воду, его внезапно затопит море».

Арджуна сказал: «Поскольку этот город не будет уже больше существовать, то и мне надо уходить в отшельничество, и мне надо уходить в лес». Когда так было сказано, Васудева сам решил покинуть этот мир, исчезая из физического тела. Произнеся это, Арджуна, скорбя по великим колесничим воинам, вступил в Судхарму, в собрание Ядавов. Как только он вошел во дворец, то его окружили различные подданные. Им, опечаленным, притихшим и подавленным, Арджуна сказал: «Я сам отведу вришниев с андхаками в другой город, в Шакрапрастху. Весь этот город затопит море, поэтому возьмите повозки, приготовьте драгоценности и вашим царем в Шакрапрастхе станет Ваджра».

Горожане начали собираться и готовиться в путь, они покинули город и вышли под руководством Арджуны. Все жители Двараки стекались к нему, они были очень сильно подавлены этим горем, было множество повозок, двигались пылающие огни, царский зонт. Сопровождали Арджуну тысячи нарядно одетых царских жен в окружении тысяч женщин и сородичей. Многие из женщин последовали за своими мужьями в огонь.

Арджуна в это время выполнял различные обряды и в соответствии со значимостью были совершены все обряды над теми, кто пал из-за проклятия брахманов. Совершив различные обряды Пандавам, Арджуна поднялся на свою колесницу и вместе с другими колесницами, запряженными конями, с коровами, верблюдами отправился в путь. Также их окружали женщины, потерявшие своих героев-супругов. Рядом шли погонщики слонов, сыновья андхаков и вришниев. Все они были верны Арджуне: брахманы, кшатрии, вайшьи, шудры, имевшие огромные богатства, и также шестнадцать тысяч обитательниц женских покоев дворца шли, ведомые Ваджрой, внуком Васудевы (Кришны) и другие десятки тысяч, мириады женщин бходжиев, вришниев, андхаков, которые потеряли своих покровителей.

Когда они вышли из города, появились знаки о том, что Дварака начала затапливаться, воды океана начали наполнять Двараку, и она постепенно начала исчезать. Арджуна вел вришнийских женщин и других людей, делая остановки в прекрасных рощах, на горах или близ рек. Когда они дошли до Панчанды, они остановились в этом городе, в котором было множество низших племен дасью. Глядя на то, как Арджуна ослаблен и у него нет других воинов, способных противостоять, и как много богатства, женщин и рабов есть, они начали издалека присматриваться и вести переговоры. Они приняли такое решение, что из всех воинов только один Арджуна, все остальные не могут оказать сопротивления – здесь столько богатства, рабов, женщин можно захватить. Тогда дасью (воины из низших племен, вожди), вооружившись палками, налетели на вришниев и хватали, кто как мог, добычу.

Арджуна в это время вышел, и как бы насмехаясь, сказал: «Вы что, не знаете, что сейчас вас настигнет смерть, поражение? Поэтому убирайтесь!» Он сказал, но они его не послушали. Тогда он захотел вытащить лук-гандиву и впервые почувствовал, что не мог натянуть лук-гандиву, его руки ослабели. Когда он начал пускать магические стрелы, то его магический колчан, который никогда не иссякал, тоже быстро закончился. Он понял, что это неблагоприятные знаки, указывающие на то, что его божественные силы начали утрачиваться. Тогда он после беспорядочной стычки начал с усилием думать, концентрироваться на небесном оружии, которое он получил от Индры во время своего тапаса. Это небесное оружие срабатывало одной силой мысли, стоило о нем только подумать. Но впервые это небесное оружие не было призвано и не сработало. Он пришел в замешательство из-за того, что и небесное оружие, которым он мог поразить огромное количество воинов, не было призвано; его магические силы отказали.

Все воины, которые его сопровождали, были слабы и не могли отбить многочисленных дасью. Поскольку там было много женщин, он сам пытался защитить их, однако на его глазах многих женщин уводили. Тогда, увидев, что его стрелы закончились, он схватил свой лук и начал концом этого лука избивать других дасью. Ему удалось отбить только часть женщин, народа и богатств, которые были. Он понял, что это некая карма, которую нельзя отменить (дхарма-карма), неумолимая судьба, и погрузился в большое отчаяние из-за того, что не стало его божественного оружия, иссякло могущество владения луком-гандива.

Тогда он сказал: «Больше ничего у меня нет», но все-таки с оставшимися женщинами и сокровищами (с небольшой частью) добрался до города, добрался до Курукшетры. Он привел женщин вришниев, а другие были уведены дасью, и расселил их в разных местах, определил их в различные города, в том числе, в город Мартикават. Стариков, детей и женщин он также поселил их в Шакрапрастхе. Он послал любимого сына Ююдханы Сатьяки на берег Сарасвати опекать и покровительствовать шедших за ним большие группы стариков и детей. Ваджру он поставил править в Индрапрастхе. Многие женщины после этого стали отшельницами, некоторые из супруг Кришны (Рукмини, Гандхари и др.) взошли на огонь. Сатьябхама и другие супруги Кришны отправились в лес с намерением предаться тапасу, подвижничеству.

Завершив своевременно дела, Арджуна отправился повидаться с Кришной Двапаяной Вьясой (не с Кришной, который был братом Арджуны), который пребывал в своей обители. Тот его поприветствовал и увидел, что Арджуна совсем упал духом и вздыхает, угнетенный, снова и снова. Вьяса сказал: «Ты выглядишь так, будто тебя покинула богиня удачи. Или ты сразил не того, кого надо, какого-то простолюдина, из-за этого печалишься, или потерпел поражение в битве, или ты брахмана по неосторожности поразил в сражении? Из-за чего так переживаешь? Я тебя не узнаю, ты ведь воин-герой».

Арджуна сказал: «Посмотри, Кришна вместе с Рамой удалился на небеса, а в священном месте Прабхаса случилась страшная битва на палицах, которая привела к гибели отважных вришниев. И все это из-за проклятия брахманов. Пало пять сотен тысяч мощноруких воинов, которые владели палицами, дубинами, копьями, они были побиты травинками эрока».

Арджуна сильно переживал из-за этого. Он сказал: «Мое сердце разрывается, когда я думаю об этом. Недавно в бою дасью захватили у нас много тысяч женщин вришниев. Я даже не мог воспользоваться своим луком и магическим оружием».

Тогда Вьяса сказал: «Это произошло из-за проклятия брахманов. Эти великие колесничие воины махаратхи из-за этого погибли. Но такова карма и судьба, которая выпала на долю этих воинов. Кришна допустил это, хотя мог предотвратить».

Кришна был способен даже разрушить три мира, но он спокойно взирал на все это, потому что таков был план богов, и сам Кришна в этом участвовал, понимая, что так разворачивается время, такова была воля богов.

Дальше Двапаяна Вьяса сказал: «Древний риши Васудева, четырехрукий, держащий чакру и палицу, тот, кто всегда устремлялся вперед на своей колеснице, из привязанности к тебе облегчил ношу земли, освободив мир, и удалился на принадлежащее ему место». Т.е. Двапаяна сказал, Кришна на самом деле – это сам Вишну, который низошел в этот мир, чтобы выполнить такую миссию. Он сказал: «По-моему, они успешно справились с такой миссией. Причина здесь – время, которое есть семя мира. Время как рассеивает, так и собирает все сущее по своей воле. Тот, кто был силен, становится бессильным, тот, кто был властителем, подчиняется другим. Таково время. Твое божественное оружие, исполнив то, что было ему предназначено, снова возвратилось на небеса, но скоро оно снова будет твоим».

Когда все это дошло до царя Дхармы Юдхиштхиры, то тот затеял большие возлияния и подношения ради родственников, раздавая драгоценные камни, одежды, селения, коней, колесницы, тысячи коров. Юдхиштхира созвал всех своих подданных и сказал, что он собирается оставить свое царство и отправиться заниматься духовной практикой в отшельничество, стать саньяси. Множество горожан отговаривали его, но он не послушался, и, распрощавшись с горожанами и селянами, решил отправиться как истинный саньяси в путь на север, постоянно медитируя, чтобы, в конце концов, выполнив удачно тапас, взойти на небеса. Он снял со своего тела украшения, облачился в грубую одежду. Все его братья (Бхима, Арджуна, двое близнецов Накула и Сахадева, Драупади – их общая супруга), т.е. все Пандавы, тоже переоделись в грубые одежды и решили следовать за Юдхиштхирой. Совершив последнее жертвоприношение, опустив огни на воду, они все вместе тронулись в путь. Больше царства Дашаратхи не существовало. Все женщины очень были огорчены и зарыдали, увидев, как удаляются пятеро Пандавов, а шестой была Кришна Драупади. Они вспомнили, что так когда-то они уходили на двенадцать лет в леса, когда Юдхиштхира проиграл царство. А теперь же они уходили не на двенадцать лет, а на всю жизнь.

Братья Пандавы шли вместе, шестой была Драупади, а седьмой к ним пристала собака. Юдхиштхира-царь седьмым покидал город Хастинапур, и долгое время за ним следом шли горожане и женщины. Но, как ни уговаривали их вернуться, они не возвращались. И все люди, в конце концов, от них отстали и повернули назад.

Когда они шли, обратив лица к востоку, они взяли обет поста и великие духом предавались йоге, желая постичь Дхарму саньяси, отречение от мира. Так они миновали многие страны, реки, моря. Шли они в таком порядке: первым шел Юдхиштхира, за ним – Бхима, дальше – Арджуна, затем близнецы Накула и Сахадева, которые являлись воплощениями Ашвинов, последней шла прекрасная Драупади, о ней говорится: «С глазами, подобными лепесткам лотоса». За Пандавами одиноко брела собака. Постепенно они приблизились к океану, называемому Лаохисьяс. Арджуна из своих привычек единственное, что не оставил, это лук-гандива и два неиссякающих колчана, хоть он и утратил свою магическую силу над этим луком.

Рядом с этим океаном они увидели бога Агни, который, преграждая им путь, возвышался над ними подобно горе. Он предстал перед ними, приняв человеческий облик.

Он сказал так: «О, сыновья Панду, знайте, я – Агни. Я помню, как благодаря мощи Арджуны и Нараяны был сожжен лес Кандала, как вы мне оказали услугу».

Они приблизились к лесу, и он сказал: «Теперь ступите в лес, но оставьте гандиву, поскольку в нем нет никакой нужды. Чакра, сокровище, которое находилось у Кришны, исчезла, но со временем она возвратится в его руку. Также, Арджуна, и гандива, сейчас ты его можешь оставить, но со временем он возвратится снова. Этот гандива был получен для Арджуны от Варуны, и пусть сейчас он будет возвращен к нему. Он был получен как благословение».

Все попросили Арджуну оставить лук-гандиву, Арджуна бросил в воду этот лук и два неиссякающих колчана. Агни исчез, а Пандавы тронулись в путь, направившись на юго-запад, полностью без всяких привязанностей. Так длительное время они шли, затем повернули в западном направлении, увидели Двараку, которая была затоплена, и, намереваясь завершить обхождение земли по кругу Прадакшине (выполнить прощальный ритуальный обход слева направо), они двинулись в путь, направившись на север. Пока они шли, они все время предавались йоге, тапасу и постились.

Наконец, они достигли севера страны и увидели мощную гору Химаван. Миновав хребет, они увидели песчаное море, и перед ними предстала гора Меру. Они шли все вместе быстро, как обычно, но Кришна Драупади внезапно упала на землю и не могла подняться. Увидев, что она упала, Бхима начал спрашивать Юдхиштхиру: «Как это так? Она никогда не нарушала обетов, не поступала неправильно с Дхармой, почему она упала?» Юдхиштхира сказал: «Наверное, была сильная привязанность к Арджуне, теперь она пожинает ее плоды», проявил отрешение, безразличие и пошел дальше. С этими словами, даже не взглянув на нее, он тронулся в путь, пребывая в сосредоточении.

Через некоторое время упал на землю Сахадева. Видя, что он упал, Бхима начал снова спрашивать Юдхиштхиру: «А почему он упал на землю, ведь он всегда следовал Дхарме, самоотверженно служил?» Юдхиштхира сказал: «Наверное, он считал, что не было никого, кто был бы ему равен в мудрости, из-за этого заблуждения он и упал». С этими словами Юдхиштхира, оставив Сахадеву, пошел дальше.

Следующим упал Накула. Бхима снова спросил: «Вот и брат Накула, который был привержен всегда Дхарме, верен своему слову, кому нет равных по красоте, тоже упал на землю». Юдхиштхира сказал, что у Накулы было представление: «Только я один выше всех, гордость – вот что было у него на уме. Оттого он и упал, не мог идти дальше к горе Меру. Тяжесть его омрачений не позволила ему двигаться. Также он думал, что нет никого равных мне по красоте».

Чем ближе они приближались к горе Меру, тем тоньше обнажались препятствия, грехи, омрачения. Те, у кого это проявлялось, они не могли идти дальше.

Юдхиштхира сказал: «Ты просто иди дальше, кому что суждено, то он и пожнет всенепременно».

Следом упал Арджуна. Бхима снова сказал: «Я не припомню, чтобы за Арджуной были даже случайные слова лжи, грехи. Чьими же происками упал Арджуна?»

Юдхиштхира сказал: «А ты что, не помнишь, как говаривал Арджуна – «за один день я мог бы испепелить всех недругов». Он мнил себя героем, но не выполнил этого. Оттого он и упал. И на всех лучников сверху вниз глядел Арджуна. Но ведь если ты желаешь достичь успеха, надо делать, что говоришь».
Если ты желаешь достичь успеха, надо делать, что ты говоришь. Понимаете философию? Надо отвечать за свои слова.
Юдхиштхира сказал: «Поэтому он упал, не смог дальше идти на небеса, не смог приблизиться к горе Меру».

Они двинулись дальше, и тут упал уже Бхима. Упав наземь, он воззвал к царю: «Царь, посмотри, я, твой любимец, преданный, упал наземь. По какой же причине, скажи, это случилось».

Юдхиштхира сказал: «Ты ел сверх всякой меры и похвалялся жизненной силой, на других не глядя. Оттого и упал наземь».

Бхиму еще называли врикадара (волчий желудок или желудок, как у волка), но не только потому, что он ел много; он мог переварить любую пищу, у него сила кшатрия была, сиддхи элемента огня.

Сказав так, Юдхиштхира двинулся, не оглядываясь, дальше. И только одна собака шла за ним. Внезапно, в тот момент, когда остался один Юдхиштхира, появился Индра, и раздался грохот колесницы. Индра, появившись на своем вимане, сказал: «Поднимайся ко мне, Юдхиштхира».

Но Юдхиштхира, очень удрученный из-за того, что пали его братья, сказал тысячеокому Индре: «Пали мои братья, так пусть они взойдут вместе со мной. Без братьев я не желаю идти на небо. И пусть пойдет с нами самая достойная царская дочь Драупади. Согласишься ты с этим?»

Индра сказал: «Ты увидишь всех братьев своих и сыновей. Они прежде тебя удалились на третье Небо, и сейчас все вместе с Кришной Драупади. Поэтому не печалься. Они удалились, оставив свое человеческое тело. Ты же достигнешь Неба в этом телесном облике, нет сомнения».

Тогда Юдхиштхира сказал: «Эта собака, о, Властитель прошлого и будущего! Она была постоянно верна мне, была моим бхактой. Пусть она тоже идет со мной, я считаю, что такова должна быть благодарность ей».

Индра начал возражать: «Царь, ты обрел бессмертие, великую славу, Небеса и такие вещи говоришь о собаке. Вовсе не об этом надо думать».

Но Юдхиштхира заупрямился, сказав: «Не подобает так вести себя достойному человеку. Эта собака мне служила и была верна все время, что мы странствовали. Если я ее покину, это будет недостойно».

Индра ответил: «Ты не знаешь законов богов. Как только собака глянет на жертвенную пищу, то сразу ракшасы, обуянные яростью, по имени Кротхаваши, вслед за этим взглядом сразу прилетают и разрушают это жертвоприношение. Все заслуги от жертвоприношений и ритуалов такие ракшасы уносят. Это демоны, называемые Кротхаваши. Поэтому собакам нет места на Небесах».

Но Юдхиштхира все равно настаивал, говоря: «Отречься от того, кто тебе предан, это грех такой же, как убить брахмана. Нельзя отрекаться от тех, кто тебе предан. Поэтому я не покину эту собаку, даже ради того, чтобы пойти на Небеса».

Индра снова сказал: «Если собака только глянет на оставленное открытым жертвенное подношение или то, как оно предается огню, то ракшасы Кротхаваши сразу утаскивают его прочь, и вся заслуга утрачивается. Поэтому брось собаку, бросишь ее – обретешь Мир Богов. Ты и так, отрешившись от братьев, от Кришны, когда они падали, не привязавшись к ним, обрел Небеса. Почему бы тебе не оставить теперь собаку? Или ты колеблешься, что у тебя недостаточно отречения, ты не можешь полностью отречься?»

Юдхиштхира сказал: «Я отрекся от них, ведь я не мог уже им помочь, и в душе у меня было сострадание, зная, что такова судьба и для тех, кто оставляет тело, нет ни разлуки, ни встречи, я так действовал. Но собака здесь и она жива».

Выслушав слова Юдхиштхиры, Индра принял свой собственный облик и обратился, исполненный радости, к нему: «Воистину, ты достоин своего отца. И раньше я тебя испытывал, и сейчас я испытал тебя с этой собакой. Ты показал себя достойным. Ты настолько достоин, что из-за своей верной собаки ты даже сумел отречься от божественной колесницы и Небес. Тебе нет равных на Небесах, поэтому ты пойдешь на Небеса не как твои братья, а сохранив свое физическое тело».

Вслед за этим Дхарма, Индра, Маруты, Ашвины, боги и риши, возведя на колесницу Пандава, тронулись в путь на своих виманах. Вместе с ними сиддхи, движущиеся по желанию, все чистые, праведные в речах и деяниях. Стоя на этой колеснице, царь Юдхиштхира взмыл ввысь, так что пламя охватило небеса и землю.

Тогда Нарада, появившись, произнес такую речь: «Сколько ни есть царственных риши, все здесь они предстали, и царь Куру возвышается среди них, затмевая их всех своей славой. Затмив миры своей славой и духовным пылом, он – средоточие заслуг явился на Небесах в телесном облике, и мы не слышали, чтобы так было с кем-либо другим, кроме этого царя».

Тогда царь Юдхиштхира, верный Дхарме, произнес, обращаясь к богам и сторонникам-царям, которые там его встречали: «Благо это или зло, но место мое среди моих братьев. Только туда, где они, хочу я попасть, а других миров не желаю».

Выслушав речь царя, Индра миролюбиво ему ответил: «Оставайся на этом месте, Индра царей. Оно по праву получено тобой благодаря твоим заслугам. Ты ведь достиг высшего совершенства, как никакой другой человек – в своем теле взошел на Небеса. А для братьев твоих это место недостижимо. В тебе просто говорит оставшаяся человеческая природа, привязанность. Посмотри на это Небо, здесь пребывают риши, сиддхи, обитатели третьего Неба».

Но Юдхиштхира вновь обратился к Индре в ответ на его слова: «Без братьев я не вынесу пребывания здесь. Я желаю попасть туда, куда удалились мои братья Пандавы и Драупади».

Тогда Индра показал ему, где кто находился. Во-первых, он показал ему, где находился Дурьодхана. Юдхиштхира увидел, что Дурьодхана восседает на ложе, осененный богиней удачи, на Небесах Индры. Дурьодхана сиял, словно божество, в ореоле геройской славы вместе с богами, блистающими полубогами в прекрасных одеждах. Юдхиштхира, увидев Дурьодхану, в гневе остановился. Он увидел Суйодхану и Кауравов, против которых он сражался.

Тогда он громко сказал небожителям: «Я не желаю пребывать в мирах вместе с алчным и скудоумным Дурьодханой, из-за которого разорена вся земля, из-за которого пали в битве наши родичи. Мы выстояли в бою, но прежде мы терпели мучения в лесу из-за него. Из-за него испытала позор в собрании пандитов Драупади. У меня нет желания встречаться и с Суйодханой. Я хочу отправиться туда, где мои братья».

Нарада, который был рядом, сказал, словно коварно улыбаясь: «Не говори так. Пребывание на Небесах, Юдхиштхира, должно гасить вражду. Никогда не следует так говорить. Вот что я скажу о царе Дурьотхане. Дурьодхана почитается наравне с тридцатью богами и лучшими царями-праведниками, что пребывают на Небесах, поскольку он поднес свое тело в жертву во время битвы, как на жертвенный костер. Он также сражался праведно, подобно кшатрию и исполнил свой долг кшатрия, он был бесстрашен в битве. Поэтому ты не должен держать на него обиду. Также ты не должен обижаться на него за то, что случилось во время игры и не должен вспоминать другие несчастья, ведь это все-таки Небеса. Тебе не следует это вспоминать, иди, встреться, как подобает, с царем Дурьодханой. Это Небеса и здесь не место распрям».
Я однажды читал, что когда во время Великой Отечественной войны на поле боя русские и немецкие солдаты оставляли тела, то в тонких телах, будучи духами, они мирились, после этого не было войны.
Нарада ему сказал: «Встреться, как подобает, с Дурьодханой, здесь не место распрям».

Юдхиштхира сказал так: «Если эти вечные миры принадлежат Дурьотхане, грешному, не ведающему Дхармы, недругу нашей земли, из-за кого погублена земля вместе с конями, слонами, колесницами, из-за которого мы были испепелены его яростью, то какие же миры уготовлены моим братьям – героям в великих обетах? Я их желаю видеть, желаю видеть Карну, Дриштадьюмну, Сатьяки, всех царей и моих братьев. Если уж Дурьодхана обрел такое высокое положение, наверняка мои братья обрели более высокое положение. Но если они не обрели такого положения, почему я буду находиться здесь на Небесах рядом с Дурьодханой?

Я бы также хотел увидеть Бхиму, Арджуну, близнецов Накулу, Сахадеву и Драупади, блюдущую Дхарму. Здесь же я не буду оставаться. Зачем мне Небо без братьев, для меня Небо там, где они, а это я не считаю Небом».

Посоветовавшись, боги сказали: «Если такова твоя убежденность, ступай туда немедленно, где волей царя богов Индры пребывают те, которые тебе дороги».

Сказав так, боги позвали посланца Небес: «Ты должен его сопровождать и показать ему его родственников».

Царь Юдхиштхира и посланец богов отправились вместе туда, где находились Пандавы после оставления тела. Посланец богов шел впереди, а позади Юдхиштхира. Этот путь был очень трудный, полный разных грешников, окутанный тьмой, устрашающий, с болотами, покрытыми ряской волос, источал ужасные, дурно-пахнущие пары, исходящие от плоти, крови и слизи грешников. Он кишел тучами оводов, мух, москитов, сверчков, червями, муравьями. Он повсюду был окружен трупами, со всех сторон озарялся пылающим огнем, был усеян костями, волосами. Там носились вороны, совы, коршуны с железными клювами, кружили преты с узкими пастями, подобными иглам (у них рты и горлышко очень узкими изображают), в потоках жира и крови с отсеченными руками, бедрами и кистями, с растерзанными внутренностями, с искалеченными ногами.

следующая страница >>