Отчет о работе в 2011 году элиста 2011 - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Отчет о проделанной работе за 2011 год 1 51.23kb.
25”января 2012 г. Отчет о деятельности управления по социальной поддержке... 2 457.2kb.
Деятельность Коллегии Архивного комитета в 2011 году 11 марта 2011... 1 103.91kb.
Информация о реализации международных проектов в 2011 году 1 77.46kb.
Отчет о лабораторной работе №1 Барнаул 2011 Лабораторная №1 Вариант... 1 278.48kb.
Информация об опытно-экспериментальной работе в моу «сош №12» г. 1 49.68kb.
Публичный отчёт муниципального автономного общеобразовательного учреждения 3 496.07kb.
Администрация 1 105.02kb.
Заключение ревизионной комиссии за 2011 год 1 11.38kb.
Проведение мониторинга в 2011 году по результатам состоявшегося конкурса... 1 175.88kb.
2 Порядок предоставления в 2011 году субсидий сельскохозяйственным... 1 13.14kb.
Аверьянова, О. И. Русская музыка до середины XIX века : Биографии... 1 46.6kb.
1. На доске выписаны n последовательных натуральных чисел 1 46.11kb.

Отчет о работе в 2011 году элиста 2011 - страница №1/6



УЧРЕЖДЕНИЕ

РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

КАЛМЫЦКИЙ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ РАН


ОТЧЕТ

О РАБОТЕ В 2011 ГОДУ

ЭЛИСТА 2011



Введение

3

Основные результаты законченных работ (или крупных этапов), полученные в 2010 году

3


Сведения о тематике научных исследований

20


Издательская деятельность

39

Основные результаты научно-организационной деятельности

58


Работа Ученого совета

58

Научные мероприятия

59

Экспедиционная деятельность

66

Работа Музея традиционной культуры им. Зая-пандиты КИГИ РАН

68

Взаимодействие академической науки с вузовской

69


Международное научное сотрудничество

70


Подготовка кадров и повышение квалификации

73


Приложение

75

Таблица показателей

76

Публикации

78

Конференции

97



ВВЕДЕНИЕ
Учреждение Российской академии наук Калмыцкий институт гуманитарных исследований РАН является комплексным научным учреждением, которое проводит фундаментальные исследования в области сравнительно-исторического, сопоставительно-типологического изучения языков алтайской семьи в лингвистическом ландшафте Евразии, фольклористики и литературоведения, анализа старописьменных памятников, а также по археологии Северо-Западного Прикаспия и сопредельных территорий, истории калмыцкого народа и монголоязычных народов Центральной Азии, мониторинга и моделирования современных социально-политических, этнокультурных и экологических процессов в Республике Калмыкия; осуществляет пилотную апробацию разработанного модельного инструментария, выполняет прикладные и экспертные работы.
ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ЗАВЕРШЕННЫХ РАБОТ

КИГИ РАН в 2011 ГОДУ
В рамках приоритетных направлений деятельности Института проводятся региональные и международные фундаментальные исследования по изучению и осмыслению исторического прошлого калмыцкого народа и народов Евразии, проблем культурного, эпического, фольклорного наследия народов Центральной Азии, моделированию и прогнозированию языковых, литературных, социальных, политических, демографических и миграционных процессов в Республике Калмыкия и в Южном федеральном округе РФ.

В 2011 году в соответствии с Планом научно-исследовательских работ КИГИ РАН выполнялось 34 темы, в т.ч. по Плану межрегионального и международного сотрудничества – 1 проект, по Программе фундаментальных исследований Президиума РАН – 2 проекта. Проводились также исследования по 3 проектам при грантовой поддержке РГНФ.

В отчетный период Учреждением Российской академии наук Калмыцким институтом гуманитарных исследований РАН завершены 17 научно-исследовательских тем:


  1. Ойратские историко-литературные памятники как исторический источник: «История Хо-Урлюка», анонимная «История дурбэн-ойратов», родословная торгутских ханов и князей «Торгудын гарулга» («Происхождение торгутов»). Перевод на русский язык с ойратского и монгольского языков, исследование и исторический комментарий. (Исп. к.и.н., в.н.с. отдела истории и археологии Санчиров В.П., 10 а.л.)

Ойратские историко-литературные памятники являются одними из ценных исторических источников, в которых освещается политическая и этническая история западных монголов. На XVII в. и первую половину XVIII в. приходится пик военной и политической активности ойратских этно-политических объединений и государственных образований кочевников на территории Евразии: Джунгарского ханства в Джунгарии и Западной Монголии, Хошутского ханства в Кукуноре и Калмыцкого ханства в Нижнем Поволжье. Использование собственно ойратских источников, составленных на зая-пандитской (также называемой ойратской или старокалмыцкой) письменности «Тодо бичиг» («Ясное письмо»), позволяет взглянуть изнутри на события ойратской и калмыцкой истории. Среди данных письменных памятников особое место занимают историко-литературные произведения, обнаруженные главным образом в XX в. в Монголии и Китае.

В рамках завершенной научно-исследовательской темы исследованы три наиболее репрезентативных сочинения: «История Хо-Урлюка», «История дурбэн-ойратов», «Родословная торгутских ханов и князей». Их особенностью является то, что ойратский текст местами чрезвычайно краток, содержит множество «темных» мест и не всегда понятных современному читателю историко-культурных реалий прошлого. Новизна данного исследования заключается в научном переводе на русский язык, разъяснений «трудных» (сложных для понимания текста) мест, сравнительно-сопоставительном анализе содержания этих сочинений, написании исторического комментария к ним.

Анализ историко-литературных памятников позволяет утверждать, что их авторами являются в большинстве своем представители знатной верхушки ойратского общества и буддийского духовенства, которым в известной степени удалось передать умонастроения народных масс. Кроме того, исследование содержания этих исторических сочинений показывает, что они были созданы представителями разных ойратских этнополитических объединений.

Научный отчет включает три раздела, в каждом из которых даны общая характеристика памятника, транслитерация текста, его перевод на русский язык и комментарии. Исторические комментарии составлены по результатам проведенного комплексного анализа сочинений. При публикации данных памятников тексты каждого из перечисленных сочинений на ойратском «ясном письме» будут приведены в виде факсимиле, в транслитерации и в переводе на русский язык.


2. Джунгарское ханство и Цинская империя первой половины XVIII века в современной китайской историографии. (Исп. к. и. н., н.с. отдела истории и археологии Кукеев Д.Г., 10 а.л.)

В завершенной работе исследуется современная китайская историография по джунгарской тематике, анализируется концептуальный подход, применяемый в исторической науке КНР и Китайской республики (Тайвань) при освещении исторических событий в Джунгарском ханстве в первой половине XVIII в. – с позиций концепции «великого единения» («да и тун»). Автор приходит к выводу, что характерное для китайской историографии определение статуса Джунгарского ханства как «княжества» (области правления хунтайджи), а не государства (ханства) является проявлением основного подхода китайских историков, и в этом аспекте они солидарны с мнением японских ученых – специалистов по ойратской истории (Дз. Мияваки, Х. Окады и др). В китайской историографии наиболее видными специалистами по ойратской истории являются ученые Ма Дачжэн и Ма Жухэн, которые оценивают XVIII в. как период полного торжества «великого единения», выразившийся в формировании границ империи Цин и включении в ее состав обширных новых территорий, в том числе Джунгарии. На основе сравнительно-исторического анализа разных источников также рассматриваются сходство и расхождения между традиционной и современной китайской историографиями по данной теме.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые в отечественном востоковедении проведен анализ тех трудов современной китайской историографии, которые освещают историю взаимоотношений Джунгарского ханства и Цинского Китая в первой половине XVIII в. Настоящая работа восполняет пробел в отечественной востоковедной науке, вводит в научный оборот новые сведения из трудов современной китайской историографии по истории Джунгарского ханства (первая половина XVIII в.), в том числе в переводе с китайского на русский язык.


  1. Калмыки на фронтах Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). (Исп. д.и.н., в.н.с. отдела истории и археологии Очиров У.Б., 12 а.л.)

Исследование базируется на широком круге как опубликованных, так и неопубликованных источников, прежде всего на материалах архивов (Центральный архив Министерства обороны РФ, Национальный архив Республики Калмыкия и др.). В качестве источников исследования послужили также интервью, составленные с ветеранами Великой Отечественной войны. Составлена база данных о ветеранах, проживавших на территории Калмыкии на период 2010 г. (года 65-летия Победы), включающая сведения о месте и дате призыва, боевом пути и наградах.

Впервые удалось установить точные статистические данные по участию калмыков в боевых действиях, включая сведения по численности мобилизованных (по призывам), безвозвратных и возвратных потерь (по периодам). Архивные сведения показывают, что в 1941 – 1945 гг. в рядах РККА служило более 25,7 тыс. калмыков, большинство из которых (82,2 %) были призваны из Калмыкии. В начале 1944 г. калмыков начали снимать с фронта по национальному признаку и отправлять на принудительные работы в Широклаг или на спецпоселения – в Сибирь и Среднюю Азию (более 4 тыс.). Вместе с тем, более 2 тыс. калмыков-ветеранов продолжали нести службу в рядах РККА, и те, кто выжил, встретили День Победы на фронте. В целом численность калмыков, воевавших в Великой Отечественной войне (с учетом партизан и ополченцев), может превысить 26 тыс. чел. из 134 тыс., то есть на фронте сражался почти каждый пятый, и этот показатель – один из самых высоких в СССР.

В российской историографии распространено мнение, что в период Великой Отечественной войны на фронтах погибло 4 тыс. калмыков. Однако на основе анализа данных Главупраформа и Генштаба в работе показано, что в период Великой Отечественной войны на фронтах и в немецком плену погибло, как минимум, 9 тыс. калмыков, то есть более трети от общего количества призванных.

В процессе работы исследован ратный путь воинов-калмыков, особо отличившихся в боях с фашистами, в том числе 10 Героев Советского Союза. Многие из них были представлены к наградам (в том числе 7 – к званию Героя Советского Союза), но не награждены; основной причиной отклонения этих представлений являлась принадлежность героев к репрессированному народу. Тем не менее, калмыки по соотношению численности народа к численности Героев Советского Союза находятся на 6-м месте (если считать по переписи 1939 г.) или 2-м месте (если считать по переписи 1959 г.).



  1. Социально-экономические последствия начального этапа коллективизации. (Исп. к.и.н., с.н.с. отдела истории и археологии Бадмаева Е.Н., 10 а.л.)

В завершенной работе исследованы социально-экономические последствия начального этапа коллективизации (1929-1933 гг.). В работе показано, что экономическое, социальное, общественно-политическое развитие Калмыцкой автономной области, как и всей страны, в послереволюционное время прошло сложный путь модернизации. В начале XX в. регион был типично аграрным, несмотря на появление новых видов производства. В этот период в Калмыкии получили развитие потребительская, сельскохозяйственная и другие виды кооперации, развиваемые при финансовой поддержке государства. Кооперация внесла весомый вклад в расширение структуры товарооборота, способствовала решению проблем насыщения рынка потребительскими товарами, развитию сферы услуг, сельского хозяйства.

Индустриальное развитие региона имело специфические особенности. В Калмыцкой автономной области получили развитие рыбная и соляная отрасли: тысячи ловцов и промысловых рабочих в условиях экономического кризиса были обеспечены рабочими местами. Переход к политике индустриализации привел к свертыванию рыночных отношений и утверждению директивной плановой модели развития страны, предусматривающий своеобразный экономический рывок с использованием чрезвычайных средств.

Партийно-государственный курс на коллективизацию сельского хозяйства, пришедший на смену нэпу, связывался, в первую очередь, с решением проблемы с заготовками хлеба. На первом этапе проведения коллективизации сельского хозяйства меры экономического характера, налоговые льготы привели к увеличению численности колхозов в Калмыкии. Но начатая в 1929 г. «сплошная коллективизация», раскулачивание и высылка тысяч семей вызвали протест населения, который проявился во многих регионах Нижнего Поволжья. Последствия социально-экономической политики в городе и деревне в полной мере сказались в 1932-1933 гг., когда на страну обрушился тяжелейший голод, охвативший многие ее районы, в частности, и Калмыкию.

В целом коллективизация как период трансформации аграрной сферы и смены хозяйственного уклада форсированными методами не принесла ощутимых результатов в подъеме сельского хозяйства, в интенсификации сельскохозяйственного производства. Сегодня становится очевидным, что объективные трудности модернизационных процессов 1920 – 1930-х гг. можно было преодолеть, если бы государственная политика в социально-экономической сфере строилась на основе приоритета принципов демократии, законности и рынка.



  1. Народы Калмыкии: социокультурный облик. Подготовка рукописи монографии к изданию. (Рук. к.полит.н., директор КИГИ РАН Очирова Н.Г., исп. к.и.н., зав. отделом социально-политических и экологических исследований Белоусов С.С., 15 а.л.)

Разработка научно-исследовательской темы «Народы Калмыкии: социокультурный облик» велась коллективом сотрудников отдела социально-политических и экологических исследований в 2009-2010 гг. В 2011 году велась работа по подготовке исследования к изданию в виде коллективной монографии. Данный труд является первым в науке проведенным на основе широкой источниковедческой базы комплексным исследованием по истории и современному положению народов Республики Калмыкия.

В процессе работы над книгой в качестве главной цели было поставлено освещение вопросов этносоциального развития современных народов Калмыкии. В работе отражены процессы формирования различных этнических групп на территории Калмыкии в исторической динамике и в современное время, их этносоциальной структуры и этнокультурного развития, межэтнических взаимодействий, география расселения народов, деятельность культурно-просветительских национальных автономий и обществ. В монографии решена задача систематизации всей доступной по данной теме информации, что позволяет говорить о создании банка данных о каждом из народов Калмыкии.

Исследование носит комплексный характер и проводилось на стыке истории, этносоциологии и других дисциплин. Хронологические рамки исследования охватывают период XVII − начала XXI веков.

Структура монографии отражает специфику состава населения современной Республики Калмыкия. Во вступительном очерке освещены основные этапы этнокультурного развития населения Калмыкии. В основной части выделены главы, посвященные составляющим основу этнической структуры населения Республики народам монгольского (калмыки), восточнославянского (русские, украинцы и белорусы), тюркского (казахи, турки-месхетинцы и татары) и северокавказского происхождения (даргинцы, чеченцы, аварцы), культуры которых генетически связаны с тремя мировыми религиями: буддизмом, христианством и исламом. Это обстоятельство придаёт Калмыкии этнокультурную уникальность. За многовековое совместное проживание у народов Калмыкии сформировался определённый тип взаимоотношений, в процессе которых происходит взаимообогащение их культур.

В монографии исследованы перемены, произошедшие за последние 90 лет в социальной структуре народов Калмыкии. Подчеркивается, что во второй половине XX в. последовал новый виток модернизации этносоциальной структуры, который был обусловлен социально-экономическим развитием республики. Одной из важнейших составляющих этнокультурного развития народов в постсоветской России стало возрождение традиционных конфессий. В 1990-е гг. на территории Калмыкии наблюдался рост как буддийских, православных, мусульманских организаций, так и протестантских, католических и организаций других вероисповеданий. За исключением баптистов и лютеран, которые появились в Калмыкии ещё в досоветский период, большинство других протестантских и иных, нетрадиционных религиозных организаций и групп возникли в результате активной деятельности приезжих миссионеров, в основном зарубежных. Религиозные организации традиционных конфессий играют большую роль в сохранении и пропаганде религиозных и культурных традиций народов Калмыкии.

Постсоветские годы стали временем серьёзного испытания для межнациональных отношений в России. В исследовании показано, что, в отличие от некоторых регионов Юга России, в Калмыкии благодаря сложившимся многовековым традициям удалось избежать серьёзного осложнения межнациональных отношений.



  1. Репродуктивное поведение населения Республики Калмыкия в условиях трансформации российского общества. (Исп. к.соц.н., н.с. отдела социально-политических и экологических исследований Нусхаева Б.Б., 6 а.л.)

В работе на основе статистических материалов и данных социологических опросов, проведенных автором, проанализированы основные демографические показатели за 1992-2005 гг., касающиеся репродуктивного поведения населения Калмыкии. Характерной тенденцией демографической ситуации РК в указанный период является сокращение численности населения, обусловленное миграциями, уменьшением рождаемости, ростом смертности, а также сокращение ожидаемой продолжительности жизни. Однако, несмотря на негативные процессы, Калмыкия относится к регионам, в которых сохраняется естественный прирост населения.

Особое внимание в работе уделено семье как институту воспроизводства населения. Средний размер семьи в РК, по данным 2002 г., равен 3,6, показатель по имеющим детей моложе 18 лет – 4,2, что выше общероссийского уровня. Но преобладают семьи с одним или двумя детьми, что недостаточно даже для простого воспроизводства населения. За рассматриваемый период увеличился средний возраст женщины при рождении детей, изменялось брачное поведение молодежи: происходило увеличение возраста мужчин, вступающих в брак. Семейно-брачная сфера в исследуемый период характеризовалась ростом негативных тенденций: увеличение числа разводов, увеличение количества внебрачных рождений, большее распространение незарегистрированных браков.

Анализ динамики рождаемости показывает стабильное сокращение рождаемости в период с 1992 по 2000 гг. и незначительный её рост в последующие годы. Наряду с демографической предпосылкой сокращения рождаемости на репродуктивное поведение оказали влияние трансформационные преобразования, происходившие в стране в этот период: сокращение рождаемости происходит также и по причине сознательного ограничения деторождения, что связано с социально-экономической нестабильностью в стране. Данные социологического опроса показывают, что двух-трехдетная семья представляется идеальной для большинства респондентов, но в своих репродуктивных планах респонденты скорее ориентированы на рождение одного-двух детей. При этом экономическое благополучие не предполагает роста числа детей в репродуктивных установках населения. Семья и дети остаются центральными понятиями в системе ценностей молодежи, а представления об идеальном и желаемом числе детей достаточно высоки. Следовательно, при создании необходимых условий репродуктивное поведение молодежи может обеспечить воспроизводство населения.
В отчетном году завершен ряд тем по подготовке к изданию Свода калмыцкого фольклора.


  1. «Джангар». Калмыцкий героический эпос. Том 1 Свода калмыцкого фольклора. Книга 2. (Исп. к.ф.н., зав. отделом литературы, фольклора и джангароведения Манджиева Б.Б., к.ф.н., м.н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Убушиева Д.В., н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Селеева Ц.Б., 60 а.л.).

«Джангар» как эпический памятник относится к числу сложных, полистадиальных, разнородных явлений устного народного творчества, источниками формирования которого послужили как архаические сюжеты из тюрко-монгольского мифологического эпоса, так и историко-эпические сказания средневековья, имеющие черты поэтики и стилистики эпических песен.

Результатом работы коллектива научных сотрудников Института стала подготовка второй книги тома «”Джангар”. Калмыцкий героический эпос», открывающего публикацию Свода калмыцкого фольклора. В рукопись данной книги включены песни героического эпоса «Джангар», записанные в XX веке: пролог и десять песен сказителя Ээлян Овла (1908 г.), шесть песен сказителя Мукебюна Басангова (1940 г.), четыре песни сказителя Давы Шавалиева (1940 г.), одна песня сказителя Насанки Балдырова (1966 г.), одна песня сказителя Бадмы Обушинова (1901 г.).

В отличие от предыдущих изданий в данный том введены не публиковавшиеся ранее тексты и переводы песен, которые известны только по рукописям. Так, в книгу впервые включены в оригинале и переводе на русский язык песни сказителя Давы Шавалиева «Азг Улан Хоңһрин гер авлһна бөлг» («Песнь о женитьбе богатыря Азыг Улан Хонгора») и «Оцл Дамбан Көк Һалзн күлгтә Азг Улан Хоңһр нисдг алг мөртә Арл Манз хааг дарсн бөлг» («Песнь о том, как Азыг Улан Хонгор на скакуне Оцыл Дамбан Кёк Галзане победил Арал Манза хана на крылатом пегом коне»).

Публикация всех известных ныне песен внесет коррективы в ставшее каноническим утверждение, что калмыцкая версия «Джангара» включает 26 песен. После введения в научный оборот новых песен можно вести речь о 28 песнях, составляющих фонд калмыцкой версии героического эпоса «Джангар».

Научный аппарат книги включает указатели личных имен, топонимов, словарь непереведенных слов, комментарии.


  1. Калмыцкие народные сказки. Том Свода калмыцкого фольклора. (Исп. к.ф.н., с.н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Горяева Б.Б., к.ф.н., н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Надбитова И.С., 35 а.л.).

Подготовленный том Свода калмыцкого фольклора является первой работой, в которой калмыцкие сказки систематизированы и представлены на языке оригинала и в переводе на русский язык. Сказочный жанр занимает одно из ведущих мест в устном народном творчестве калмыцкого народа. Согласно общепринятой классификации, калмыцкие народные сказки делятся на богатырские, волшебные, бытовые, сказки о животных и кумулятивные. В завершенной работе представлены все перечисленные виды.

Основной корпус тома составляют сказки, зафиксированные во время фольклорных экспедиций 1970-1990-х гг., тексты из Научного архива КИГИ РАН, из коллекций монголоведов Г.И. Рамстедта, А.М. Позднеева, В.Л. Котвича, а также записи современных исполнителей сказок. Многие тексты будут впервые введены в научный оборот. В подготовленном томе представлены тексты на международные и оригинальные, собственно калмыцкие, сюжеты, не имеющие соответствий в известных каталогах, хотя их отдельные мотивы встречаются в фольклоре других народов.

В сказочном репертуаре калмыков особое место занимают сюжеты, основные мотивы которых восходят к древнемонгольским и древнеиндийским памятникам. Они стали известны калмыкам в период распространения буддизма. были Известный цикл «Седклин күр» («Душевный разговор»), записанный сотрудниками Калмыцкого НИИЯЛИ Б. Букшаевым и Л. Сангаевым от жителя Городовиковского района, сказочника Мутула Буринова, и опубликованный в 1960 г., состоит из 12-ти сказок волшебного, богатырского и бытового содержания, имеет форму обрамленной композиции. В томе «Калмыцкие народные сказки» Свода калмыцкого фольклора впервые будут изданы в русском переводе тексты «Седклин күр».

Подготовленная рукопись тома включает Приложение, в которое вошли комментарии и примечания к текстам, указатели сюжетов, указатели личных имен, топонимов, словарь непереведенных слов, фотоиллюстрации, сведения об информантах и библиография.

Во вступительной статье отражены вопросы истории собирания и изучения калмыцких сказок, своеобразие сюжетного репертуара, системы персонажей, особенности сказочных формул.


  1. Калмыцкие народные благопожелания. Том Свода калмыцкого фольклора. (Исп. к.ф.н., с.н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Овалов Э.Б., 20 а.л.)

В подготовленный том Свода калмыцкого фольклора вошли тексты свыше трехсот народных благопожеланий (йорялов), различных по своей тематике и содержанию. Корпус текстов основывается на материалах, выявленных в фондах Научного архива КИГИ РАН, а также в научных публикациях и других источниках, в том числе текстах благопожеланий, собранных сотрудником института Эрдни-Горяевым М. Э.-Г. во время полевых экспедиций в районы Республики Калмыкия в конце XX века.

В самобытном калмыцком устном народном творчестве благопожелания представляют оригинальный жанр. По своей структуре йорял представляет собой монолог, обращенный к одному человеку или группе лиц, содержанием которого является пожелание всего доброго, счастья, здоровья, благоденствия, мира и спокойствия, которое исполняется в будущем.

При работе над томом на основе текстологического анализа произведена классификация благопожеланий по тематическому принципу: древние благопожелания по случаю перекочевки калмыков с Алтая в Нижнее Поволжье; благопожелания, извлеченные из текста героического эпоса «Джангар» (в том числе записанные от джангарчи Давы Шавалиева); благопожелания-призывания счастья; благопожелания, произносимые по поводу завершения хозяйственных циклов (окончание зимовки, наступление весны, прием приплода животных) и во время календарных праздников (Зул, Цаган сар, Урюс сар, Новый год); благопожелания, произносимые во время обрядовых действий (жертвоприношения огню, земле, воде, бурханам и др.), в том числе во время ритуального поднесения первинок (калм. дееҗ) божествам и предкам; благопожелания, связанные с жизненным циклом человека (посвященные началу жизни человека, наречению именем, первой стрижке волос, окончанию учебы, призыву на службу в армии, свадьбе); благопожелания молодежи, пожилым людям, ветеранам труда и войны, гостям, родственникам, по случаю новоселья, вручения подарков; йорялы, посвященные Родине, защитникам Отечества, миру, новым праздникам.

Подготовленный том включает вступительную статью, тексты на калмыцком языке и в переводе на русский язык, а также приложение, содержащее список источников, комментарий к переводу, словарь непереведенных слов, указатели личных имен и топонимов, сведения об информантах и библиографию.



  1. Мифы, легенды и предания калмыков. Том Свода калмыцкого фольклора. (Исп. д.ф.н., в.н.с. отдела литературы, фольклора и джангароведения Басангова Т.Г., 15 а.л.)

Подготовленный том включает свыше ста образцов мифов, легенд, преданий, до настоящего времени являющихся малоизученными жанрами калмыцкого фольклора, вступительную статью, в которой описаны история собирания и изучения и жанровые особенности несказочной прозы, а также приложение, содержащее список источников и информантов, филологический комментарий к текстам, глоссарий, именные указатели (мифонимы, топонимы), библиографию.

Мифы, легенды и предания классифицированы по тематическому принципу: мифы о происхождении слова, фольклорных жанров и отдельных памятников устного народного творчества; космогонические мифы о творении мира, происхождении земли, неба, звезд, солнца, луны; этиологические мифы: о происхождении и особенностях животных, птиц, насекомых, растений, о некоторых явлениях природы, о происхождении напитков, пищи; этногонические мифы – о происхождении родов, племен; исторические легенды и предания; религиозные мифы, легенды и предания; топонимические предания и легенды: о происхождении географических объектов или их названий (различных местностей, рек, родников, гор, курганов); социально-бытовые легенды и предания: о происхождении обычаев, обрядов, праздников, о различных бытовых историях; демонологические легенды и предания: о сверхъестественных существах; легенды и предания о происхождении праздников; предания о сакральных лицах. Тематическая классификация основана на теоретических положениях исследователей русского фольклора и устного народного творчества тюрко-монгольских народов, с учетом специфики калмыцкого материала:

Том «Мифы, легенды и предания калмыков» создан на основе как опубликованных, так и неопубликованных источников из Научного архива КИГИ РАН, полевых материалов.

11. Общие тенденции в тибето-монгольской повествовательно-дидактической литературе XVII–XVIII вв. (на материале переводных письменных памятников на монгольском и ойратском языках). (Исп. к.ф.н., снс отдела письменных памятников и буддологии Музраева Д.Н., 10 а.л.)

Завершенная в виде монографии тема научно-исследовательской работы является опытом исследования монгольской и ойратской буддийской переводной литературы периода XVII–XVIII вв., в изучении которого до сих пор имеются белые пятна, и многие источники не введены в научный обиход. Указанный период известен по описаниям отечественных и зарубежных историков и исследователей истории монгольской литературы как период активного распространения буддизма среди монголов. Именно в это время были осуществлены грандиозные по своей культурно-исторической значимости переводы с тибетского языка на монгольский язык канонических сводов Ганджур и Данджур; утверждались принципы перевода сакральных буддийских текстов, получившие фиксацию в терминологическом словаре «Источник мудрецов», наметились тенденции, оказавшие значительное влияние на дальнейшее развитие литературного процесса монголов и ойратов.

Тема исследования отвечает актуальным задачам современной монголистики, среди которых важное место отводится теоретическому осмыслению литературного процесса у монголов на протяжении всей известной нам истории культуры монголов (XIII–начало XX в.), пониманию его специфических и типических черт. Не менее важной представляется проблема изучения литературного наследия монголоязычных народов, проживающих в России — калмыков и бурят.

В работе применен метод текстологического анализа, а также историко-функциональный подход к изучению памятников средневековой литературы. К исследованию, помимо образцов переводной литературы на монгольском и ойратском языках, были привлечены тибетские первоисточники, взятые за основу этих переводов, рассмотрены также тематика и сюжеты ряда повествовательно-дидактических сочинений.

Основной вывод исследования заключается в том, что появление канонических и неканонических сочинений буддийской тематики в монгольских и ойратских переводах не является результатом действия случайных факторов. Сложение канонических собраний буддийских текстов на тибетском языке опережало во времени появление аналогичных собраний (имеются в виду переводы Монгольского Ганджура и Данджура, а также произведений, не вошедших в эти своды) на монгольском и ойратском языках. Параллельно с каноническими сочинениями в этот период появляются переводы неканонических сочинений, роль которых очень велика — они расширяют рамки канона, связывающего литературные произведения с религией, и по существу обозначают тенденцию к развитию светской литературы. В указанный период отмечался высокий уровень знания тибетского языка переводчиками-монголами в условиях монголо-тибетской диглоссии.

12. Жамьян Шадба. «Стадии и пути просветления»: философско-культурологический анализ текста. (Исп. м.н.с. отдела письменных памятников и буддологии Кукеев А.Г., 6 а.л.)

Новизна завершенной работы заключается в том, что впервые в научный оборот вводится текст (транслитерация тибетского текста и русский перевод) сочинения Жамьяна Шадбы, значимость которого остается высокой и в системе современного буддийского монастырского образования. Введение в научный оборот текста Жамьяна Шадбы позволяет расширить поле современных тибетологических исследований, а выводы, полученные в ходе исследования, могут быть использованы при осмыслении особенностей философских направлений буддизма, дальнейшем изучении системы религиозного образования в Тибете, Монголии и Калмыкии.

Оригинал сочинения Жамьян Шадбы, полное название которого – «Украшение Трех колесниц: раздел стадии и пути просветления» (Sa lam gyi rnam bzhag theg gsum mdzes rgyan zhes bya ba bzhugs so), хранится в Научном архиве КИГИ РАН (Ф. 15 оп. 1 ед. хр. № 207; 21 л., ксилограф, размер 61,5 х 9 см., 6 строк, текст полный), что является подтверждением высокого уровня философского образования в буддийских монастырях Калмыкии.

Сочинение представляет собой краткий свод буддийского учения, в котором обобщены положения канонических сутр и шастр. Ценность данного труда заключается в том, что в нем представлены все основные категории и терминологическая база буддийской философии. Текст был составлен как базовое учебное пособие для образовательной системы монастыря Дрепунг Гоманг и занимал важное место в системе религиозного образования в тибетских монастырях.

В научном отчете приводятся биографии двух авторов учебников для философского факультета монастыря Дрепунг Гоманг, известных как два перерождения (или воплощения) буддийского учителя Жамьян Шадбы. Анализируется учебный план философского факультета монастырской системы Дрепунг Гоманга.

В приложении представлены перевод, транслитерация текста и факсимиле ксилографа.



13. Дже Гампопа. «Драгоценное украшение Освобождения»: шастра как философский трактат буддизма. (Исп. м.н.с. отдела письменных памятников и буддологии Санджиев Ч.А., 6 а.л.).

Объект исследования определен разработкой общей темы «Письменное наследие монголоязычных народов», изучение которой предполагает исследование и публикацию текстов, собранных в различных архивных хранилищах страны, в том числе в Научном архиве КИГИ РАН.

Новизна завершенной работы заключается в том, что впервые в научный оборот вводится краткий текст (транслитерация тибетского текста и русский перевод) сочинения Дже Гампопы «Драгоценное украшение освобождения» (тиб. Bsan bcos kyi bsdus don), функциональная значимость которого остается высокой и как в системе современного буддийского монастырского образования, так и в сфере «народного» буддизма. Оригинал источника в виде ксилографа хранится в Научном архиве КИГИ РАН.

Сочинение Дже Гампопы представляет собой шастру класса «лам-рим», являющуюся первым произведением данного класса, написанным на тибетском языке. Ценность данного труда заключается в том, что в нем представлены все основные категории и терминологическая база буддийской философии. Значимость данного текста определяется также тем, что это произведение было рекомендовано коллегией калмыцких лам для включения в «Калмыцкую хрестоматию для чтения в старших классах калмыцких народных школ» (СПб., 1907), подготовленную известным монголистом А.М. Позднеевым.

В научном отчете освещается биография автора буддийского письменного памятника, дается общая характеристика произведений класса «лам-рим» и проводится философско-культурологический анализ краткого варианта анализируемого сочинения. В исследовании рассмотрены вопросы истории изучения и переводов этого известного буддийского памятника отечественными и зарубежными учеными, проведен философский анализ наиболее важных и принципиальных в теоретическом отношении понятий буддийского учения, таких как сансара, нирвана, бодхичитта и др. К научному отчету прилагается текст транслитерации данного сочинения, его перевод на русский язык, а также словарь терминов. При планируемой публикации предполагается издание факсимиле ксилографа.

14. Калмыцко-русский словарь. (Рук. зав. отделом языкознания Омакаева Э.У., исп. к.ф.н., с.н.с. отдела языкознания Убушаев Н.Н., к.ф.н., с.н.с. отдела языкознания Лиджиев А.Б., к.ф.н., н.с. отдела языкознания Бадгаев Н.Б., к.ф.н., н.с. отдела языкознания Мулаева Н.М., к.ф.н., с.н.с. отдела языкознания Бембеев Е.В., 50 а.л.).

Академическое калмыцкое языкознание характеризуется значительным достижением в области современной лексикографии – созданием нового двуязычного калмыцко-русского словаря. Со времени выхода «Калмыцко-русского словаря» (1977 г. издания) прошло более 30 лет. За этот период накоплены новые материалы и, следовательно, обогатились наши сведения о языке; лексикографическая теория также значительно продвинулась вперед; произошли определенные изменения в сфере языковых норм.

Словарь предваряют предисловие и краткое введение. Задача данного двуязычного словаря - прежде всего дать наиболее точное соответствие лексем входного и выходного языков на основе соблюдения принципа адекватности перевода и стилистической принадлежности калмыцких слов и их эквивалентов.

Новая работа принципиально отличается от предыдущих словарей, прежде всего своим словником и идеологией. Во-первых, значительно увеличился объем словника: в корпус словаря дополнительно введено около 5000 заголовочных и других словарных единиц. Дополнительный материал представляет новую лексику, закрепившуюся в словоупотреблении в последние годы. Во-вторых, новый труд отличается однотипностью описания заголовочных единиц, т.е. соблюден один из основных принципов лингвографии − ˝одинаковое описывается одинаково˝. В-третьих, опущены некоторые слова, которые имеют полное графическое соответствие в начальной форме в калмыцком и русском языках. В-четвертых, уточнены частеречная принадлежность и статус отдельных слов. Существенно увеличена представленность производных слов. Принципиальным отличием нового словаря является привлечение слов, пишущихся с прописной буквы. Многие разряды собственных имен (географических, личных и др.), хотя и не представлены в основном корпусе словаря в качестве самостоятельных единиц, присутствуют в нем при производных словах.

Большой и разнообразный иллюстративный материал, почерпнутый из художественной литературы, современной прессы, эпоса «Джангар», калмыцких сказок, песен, загадок и других фольклорных текстов, позволил наглядно показать особенности сочетаемости и употребления приведенных слов, словосочетаний и фразеологизмов.

В приложении как дополнение к основному корпусу словаря дан краткий грамматический очерк калмыцкого языка, содержащий основные сведения по словообразованию, морфологии, синтаксису.

Главной особенностью словаря является его практическая направленность. Он предназначен, в первую очередь, для изучающих калмыцкий язык. При этом авторы руководствовались опытом составления новых Бурятско-русского и Большого монгольско-русского (М., 2001-2003) словарей. Настоящий словарь является базовым при изучении калмыцкого языка русскоязычным читателем.

Завершенный Словарь отражает лексический состав калмыцкого языка начала третьего тысячелетия, его богатую терминологию и заимствования из других языков. Он является на сегодня самым значительным по объему нормативной лексики словарем современного калмыцкого языка (28000 слов) и охватывающим с необходимой полнотой общеупотребительную лексику и фразеологию.


следующая страница >>


izumzum.ru