Научные подходы к классификации моделей ограничений жизнедеятельности: критерии и основания для разграничения колганов Сергей Олегов - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Научные консультанты 5 561.33kb.
В статье анализируются разнообразные научные подходы при решении... 1 121.78kb.
Zmpd, Варшава, сообщила об изменении ограничений дорожного движения... 1 47.59kb.
В настоящей Рекомендации устанавливаются защитные критерии, необходимые... 1 88.33kb.
Приведите примеры классификации физических нагрузок. Охарактеризуйте... 1 73.99kb.
Описание скрипта для импорта моделей 1 57.25kb.
Исследование эффективности генетического алгоритма условной оптимизации 1 55.38kb.
Сергей кузьмин 1 382.24kb.
«культорогенезные функции дошкольного и специального образования... 1 41.11kb.
В молекулярную фармакологию. История становления отечественной и... 1 156.61kb.
Книготорговая классификация Разделы классификации Первый уровень... 1 268.98kb.
Статья «Международные стандарты по информационной безопасности» Вопрос... 1 37.5kb.
1. На доске выписаны n последовательных натуральных чисел 1 46.11kb.

Научные подходы к классификации моделей ограничений жизнедеятельности: критерии и - страница №1/1

УДК 364.262
НАУЧНЫЕ ПОДХОДЫ К КЛАССИФИКАЦИИ МОДЕЛЕЙ ОГРАНИЧЕНИЙ
ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ: КРИТЕРИИ И ОСНОВАНИЯ ДЛЯ РАЗГРАНИЧЕНИЯ

Колганов Сергей Олегович, аспирант кафедры обществознания, burner@yandex.ru,

ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет туризма и сервиса», г. Москва


В статье проанализированы подходы различных авторов к классификации моделей ограничений жизнедеятельности. На основе исследования мнений зарубежных ученых представлены как подробные, развернутые классификации, так и краткие, сжатые; приведены примеры, типичные для указанных моделей. Выявлены наиболее распространенные критерии для разграничения моделей ограничений жизнедеятельности: законодательство, политика, образование, занятость, здравоохранение и социальная защита. На основе анализа сделан вывод о том, какую теоретическую и практическую значимость несет в себе классификация моделей ограничения жизнедеятельности.

Ключевые слова: парадигма ограничений жизнедеятельности, модель ограничений жизнедеятельности, классификация моделей ограничения жизнедеятельности.
This article analyzes the approaches of various authors to the classification of models of life activity restrictions. Basing on a study of views of foreign scientists the author presented short, concise as well as detailed classifications, also gave the examples, which are typical for these models. The article identified the most common criteria for distinguishing between models of life activity restrictions: legislation, policy, education, employment, health and social protection. Basing on the analysis the author made a conclusion about the theoretical and practical importance of the classification of models of life activity restrictions.

Keywords: paradigm of life activity restrictions, life activity restrictions model, the classification of models of life activity restrictions.
Понятие модели ограничений жизнедеятельности в настоящее время является общепринятым и наиболее распространенным среди исследователей, изучающих вопросы государственной социальной политики в отношении людей с инвалидностью. В связи с большим разнообразием векторов и направлений этой политики имеет смысл говорить о наличии разных моделей ограничений жизнедеятельности, которые, таким образом, подлежат должной классификации. Критерии и основания разграничения моделей многие авторы разрабатывают и предлагают самостоятельно, в связи с чем особый интерес представляет их изучение.

На наш взгляд, одной из наиболее проработанных и точных является классификация, предложенная Д. Пфайфер и приведенная Тарасенко Е.А. [7, С. 14] В рамках этой классификации выделено три парадигмы.

1. Старая, или традиционная, парадигма включает модели ограничений жизнедеятельности, которые действовали с древних времен вплоть до недавнего времени. По мнению Джейн Клептон (Jayne Clapton) и Дженнифер Фитцджеральд (Jennifer Fitzgerald), истоки отношения к людям с отклонениями в развитии в западном обществе были заложены еще библейскими источниками и последующей деятельностью христианской церкви [2]. Отклонения рассматривались как результат влияния злых духов, дьявола, колдовства или недовольства Господа, и, наоборот, такие люди часто рассматривались как своего рода отражения «страдающего Христа» и воспринимались как имеющие ангельский, сверхчеловеческий статус.

С развитием медицинского и научного знания священников на посту помощи нуждающимся сменили доктор и ученый. Ценность людей стала определяться по результативности профессиональной деятельности. В связи с этим произошли значительные изменения в отношении к людям с ограничениями жизнедеятельности. Их жизни были сведены к медицинским ярлыкам, а будущее определялось врачебным прогнозом. Они стали классом, требующим физического отделения от «неограниченных» людей. Как отмечают Клептон и Фитцджеральд, это была эра, когда понятие «убогие» было заменено другим – «инвалидность».

Реабилитационная модель представляет собой ответвление от медицинской модели, рассматривает ограничение жизнедеятельности как неполноценность или дефект, который может быть «исправлен» специалистом-реабилитологом. Дебора Каплан (Deborah Kaplan) указывает на сходство реабилитационной и медицинской моделей: человек с ограничениями жизнедеятельности также рассматривается как нуждающийся в помощи со стороны специалистов и служб [1]. Исторически реабилитационная модель возникла после второй мировой войны, когда появилась необходимость реадаптировать к обществу ветеранов с инвалидностью.

Экономическая модель рассматривает ограничение жизнедеятельности как дефицит человеческого капитала, в результате которого возникает неспособность участия в трудовом рынке. Лица с ограниченными возможностями в рамках данной модели рассматриваются как неполноценные физически и психически. Отсюда делается вывод: они способны работать с гораздо меньшей нагрузкой, чем здоровые люди, или не способны работать вообще.

Наконец, модель функциональной ограниченности описывает ограничение жизнедеятельности как неспособность человека выполнять те или иные функции наряду со здоровыми людьми.

2. Социальная или посттрадиционная парадигма инвалидности представлена двумя группами моделей: британскими (материалистическими) и американскими (идеалистическими). Это обусловлено тем, что на определенном этапе в Великобритании и США была начата активная разработка государственной политики в отношении людей с ограничениями жизнедеятельности, которая в итоге привела к различным результатам.

Британские модели ограничений жизнедеятельности акцентируют внимание на важности изменений в организации общественной жизни для того, чтобы люди с инвалидностью могли на равных в ней участвовать: устранить барьеры, содействовать самопомощи и деинституционализации. Подробно американские модели ограничений жизнедеятельности были рассмотрены мною в публикации «Американские (идеалистические) модели социальной парадигмы ограничений жизнедеятельности: общие подходы и характерные особенности».

3. Новейшая постсовременная парадигма инвалидности включает передовые взгляды на перспективы развития моделей ограничения жизнедеятельности и государственной политики в отношении людей с инвалидностью. Она основывается на предположении о дальнейшей эволюции моделей ограничения жизнедеятельности: с течением времени будут созданы условия для полноценной жизни людей с ограниченными возможностями, они будут полностью адаптированы в общество, необходимость выделять их каким-либо образом в отдельную группу населения полностью будет отсутствовать.

Существуют и другие классификации моделей ограничений жизнедеятельности, заслуживающие пристального внимания. Так, в публикации «Сила моделей ограничений жизнедеятельности» особенности влияния таких моделей на общество рассматривает Джулия Ф. Смарт (Julie F. Smart). Ей выделено несколько базовых моделей и проведено сравнение результатов их реализации по четырем аспектам: законодательство и политика, обучение и образование, профессиональная практика, исследования [3].

Биомедицинская модель ограничений жизнедеятельности игнорирует социальные аспекты инвалидности и нацелена на оказание одинаковой помощи людям с аналогичными диагнозами без учета различий в потребностях, способностях и возможностях. Именно поэтому, отмечает Смарт, данная модель называется также «диагноз-ориентированной». Принято считать, что именно эта модель дала начало дискриминации в отношении людей с ограничениями жизнедеятельности.

Функциональная модель ограничений жизнедеятельности определяет последние как «ролевую ошибку», это означает, что индивид не способен выполнять свои функции или роли. В этой модели ограничение жизнедеятельности не всегда рассматривается как таковое в связи с тем, что в ряде случаев оно не создает функциональных сложностей. Главное достоинство рассматриваемой модели – создание системы приспособлений для содействия индивиду в выполнении своих функций. С изменениями в статусе человека (получил образование, сформировались дополнительные дефекты) соответственно меняются его функции. Функциональная модель, отмечает Смарт, выгодно отличается от биомедицинской тем, что к определению ограничений жизнедеятельности добавляет индивидуальные факторы: возможности, способности, ресурсы. Однако само ограничение все еще рассматривается как патология, ненормальность, отклонение; подразумевается, что индивид все же должен совершенствоваться для того, чтобы работать и выполнять социально приемлемые роли и функции.

Социально-политическая модель (также модель независимого функционирования) базируется на предположении о том, что проблемой ограничений жизнедеятельности являются нехватка гражданских прав и неравные возможности. Решение проблемы – в смене общественного отношения и законодательства. Раз общество создает сложности для людей с ограничениями жизнедеятельности, то и за избавление от них оно должно нести ответственность. Смарт отмечает двойственность мнений исследователей об успешности реализации рассматриваемой модели: одни считают, что удалось добиться больших успехов в отказе от патологического и девиантного восприятия ограничений жизнедеятельности, другие говорят о том, что о полноценной адаптации к обществу людей с ограничениями жизнедеятельности говорить пока не приходится.

Три выделенные модели Смарт подразделяет на интерактивные и неинтерактивные: к первой группе относятся функциональная и социально-политическая модели, ко второй – биомедицинская. Основанием для классификации здесь служит следующий критерий: учет индивидуальных особенностей, потребностей и способностей и использование этих знаний при принятии решений в отношении помощи и поддержки людей с ограничениями жизнедеятельности.

Важный вывод исследования Смарт – все модели ограничений жизнедеятельности нацелены на помощь и поддержку людей с инвалидностью. Поэтому вместо попыток синтезировать данные модели в одну более рациональным будет подготавливать практиков, в том числе врачей, реабилитологов, социальных работников, в русле каждой из моделей. Тем самым сильные места этих моделей будут полностью использованы, а ограничения – четко поняты и преодолены.



  • Интересный сравнительный анализ различных моделей ограничений жизнедеятельности на основе жизненных ситуаций и их восприятия общественным мнением предложен в руководстве «Стратегия по снижению нищеты», которое разработано сообществом «Создадим инклюзивные стратегии по снижению нищеты» под эгидой Федерального министерства по экономической кооперации и сотрудничеству Германии [4]. В рамках данного руководства предложена жизненная ситуация – молодая женщина едет по улице в инвалидной коляске – и типовые реакции моделей на нее: благотворительная – «Какая жалость, эта прекрасная женщина прикована к коляске, она никогда не сможет выйти замуж, иметь семью и детей»; медицинская – «Бедная женщина, она должна пойти к доктору и обсудить с ним, есть ли какое-нибудь лекарство, чтобы она ходила как все»; социальная – «Необходимо построить пандусы у общественных зданий, чтобы она смогла участвовать в жизни общества»; основанная на правах – «Когда она получит работу, ее работодатель должен будет оборудовать доступное помещение. Это ее право-».

На наш взгляд, в представленном примере очень наглядно проявляются различия разных моделей ограничения жизнедеятельности. Благотворительной и медицинской моделям в общественном выражении более свойственна некоторая наивность, непосредственность с акцентом либо на жалость, милосердие, либо на надежду на будущее излечение. Социальная модель уже устанавливает приоритет на необходимости адаптировать в общество людей с ограниченными возможностями, но все еще рассматривает их как объекты воздействия со стороны общества: «нужно построить пандусы», «поселить в окружение неограниченных людей» и пр. Между тем модель, основанная на правах, уже четко демонстрирует: человек с ограничениями жизнедеятельности – самостоятельный субъект, который выстраивает свою жизнь и решает, куда пойти учиться, где жить, в каких условиях работать.

В пособии «Понимание инвалидности – хороший практический гид», разработанном специалистами Вустерского университета в рамках работы Центра поддержки инклюзивного обучения, выделено две модели ограничений жизнедеятельности: медицинская и социальная [5].

Медицинская модель может быть охарактеризована посредством выделения следующих атрибутов человека с ограничениями жизнедеятельности: «прикован» к инвалидной коляске, не может взбираться по ступенькам, болен, нуждается в помощи, лечении, не способен передвигаться самостоятельно, говорить, видеть или слышать, и пр.

Социальная же модель направлена на избавление общества от ряда барьеров, препятствующих людям с ограничениями жизнедеятельности: плохой дизайн зданий, отсутствие парковочных мест, сегрегация в обучении, бедность и низкие доходы, недоступный транспорт, низкие перспективы трудоустройства и пр.

Подразделение моделей ограничений жизнедеятельности на медицинскую и социальную достаточно четко прослеживается и в трудах отечественных исследователей. Так, по мнению Е.Р. Ярской-Смирновой, медицинская модель объясняет инвалидность, «акцентируя внимание на диагнозе ограниченной патологии или дисфункции, приписывая инвалидам статус больных, отклоняющихся (девиантов) и приходит к выводу о необходимости их исправления или изоляции» [9, С. 12]. Социальная же модель, как отмечают Холостова Е.И. и Дементьева Н.Ф., «исходит не из неизбежно ограниченного перечня болезней, нарушений и патологией, перечисленных нормативными документами, а из факта наличия и степени утраты способности к социальному функционированию привычного, «нормального» для данного общества характера и уровня [8, С. 47]. Соответственно решение проблем, связанных с инвалидностью, предполагается осуществить в первую очередь через оказание помощи лицам с функциональными нарушениями, создание системы учреждений социального обслуживания, как комплексных, так и специализированных».

Таким образом, проведенный анализ показал два достаточно явно выраженных подхода к классификации моделей ограничений жизнедеятельности: расширенный, с выделением групп и подгрупп, и краткий, с определением наиболее общих и широко распространенных моделей. При этом наиболее распространенные критерии для классификации – это законодательство, политика, образование, занятость, здравоохранение и социальная защита. На наш взгляд, именно первый подход является предпочтительным, так как позволяет четко разграничить критерии и признаки, присущие как разным моделям ограничений жизнедеятельности, так и векторам государственной социальной политики в отношении людей с инвалидностью. Ведь модель ограничений жизнедеятельности в «чистом» виде практически не встречается: принципиально разные подходы к решению проблем людей с ограниченными возможностями могут реализовываться в сферах образования, здравоохранения и социальной защиты и, конкретнее, в отдельных организациях и предприятиях – даже в поликлиниках, реабилитационных центрах и высших учебных заведениях [6].


Литература

  1. Deborah Kaplan. The Definition of Disability. URL: http://www.accessiblesociety.org/topics/demographics-identity/dkaplanpaper.htm. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

  2. Jayne Clapton, Jennifer Fitzgerald. The History of Disability: A History of «Otherness». URL: http://www.ru.org/human-rights/the-history-of-disability-a-history-of-otherness.html. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

  3. Julie F. Smart. The power of models of disability. URL: http://findarticles.com/p/articles/mi-m0825/is-2-75/ai-n31947281. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

  4. The four models. URL: http://www.making-prsp-inclusive.org/en/6-disability/61-what-is-disability/611-the-four-models.html. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

  5. Understanding Disability – a Good Practice Guide. URL: http://uk.ettad.eu/understanding-disability. [Электронный ресурс] (дата обращения: 17.10.2011).

  6. Воеводина Е.В. Классификация моделей инвалидности в контексте условий высшего учебного заведения: адаптационный аспект // Сервис в России и за рубежом. 2010. № 2. С. 9–14.

  7. Тарасенко Е.А. Социальная политика в области инвалидности: кросскультурный анализ и поиск оптимальной концепции для России // Журнал исследований социальной политики. 2004. Т. 2. № 1. С. 7–28.

  8. Холостова Е.И., Дементьева Н.Ф. Социальная реабилитация. М.: Дашков и Ко, 2006. 340 с.

  9. Ярская-Смирнова Е.Р., Наберушкина Э.К. Социальная работа с инвалидами. Саратов, 2003. 320 с.