Г. А. Бондарев ч т о д е л а т ь? - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Г. А. Бондарев ч т о д е л а т ь? - страница №1/3


- -




Г. А. Бондарев

Ч  Т  О         Д  Е  Л  А  Т  Ь?
 Издано на русском:  М.: Moskau - Basel - Verlag, 1999
ISBN  3-906712-14-1

С   О   Д   Е   Р   Ж   А   Н   И   Е



ЧАСТЬ 1

ЧАСТЬ 2

ЧАСТЬ 3










Русский вопрос

"Что есть истина?"


Минимальные задачи развития

Свободная духовная жизнь

Антиномия истины

Три мировые метаморфозы

Недооценка Антропософии 

"...И истина сделает вас свободными"


Я = не-Я

Откуда берутся враги?

На Пороге

Христово "бремя"

Мечта Рудольфа Штайнера

Истина в душе сознательной

Эволюция и человеческая душа

Власть и истина

Диалоги

Семичленная метаморфоза мышления

Что же все-таки делать?

Предварительные выводы




Откушенные мышиные головы




Примечания

"Этруски" расизма







Сыновья Скивы







"Гог и Магог"







И однако же — Духовная наука!









"Со многими, приходящими к Антропософии, происходит так, что телегу они ставят правильно, а лошадь впрягают задом наперед".

Р. Штайнер (ИПН. 343, S. 126)


ЧАСТЬ 1
Русский вопрос
Считающийся до сего времени традиционно русским вопрос: что делать? — приобретает в последнее десятилетие стремительно нарастающее значение в среде Антропософского общества и движения. Каждодневно люди наблюдают, как с самых разных сторон проступают следы стагнации, как открыто в среде самих антропософов усиливается деятельность, искажающая, профанирующая и позорящая Антропософию. Акты интеллектуального и даже спиритуального вандализма совершаются на глазах у всех, не вызывая почти ни в ком ни возражения, ни протеста. Называющая себя антропософской пресса пускает в обиход антропософской жизни понятия и представления внешней субкультуры. Страх и растерянность охватывают честных антропософов. И, доминируя надо всем нарастающим хаосом, громче и громче стучит в честных сердцах устрашающий вопрос: а не теряем ли мы бесповоротно Антропософию? Не закатится ли она вместе с закатом цивилизации?
Конечно, мы просто обязаны надеяться, что не закатится. Но достаточно ли только надеяться? Согласно мировому закону, что всякое действие вызывает равное по силе противодействие, можно всё же заметить пробивающиеся ростки протеста в нашей среде, нежелание "мирно" следовать за процессом разрушения. И именно среди таких людей все большую актуальность приобретает вопрос: что делать, что можно сделать в сложившихся обстоятельствах?
Непременным предварительным условием любой попытки найти ответ на этот вопрос является наличие искреннего желания основательно, с полной непредвзятостью познать и понять реально существующее положение дел в обществе и движении; понять, с чем в действительности, а не в нашем воображении и иллюзиях имеем мы дело. И только после того, исходя из такого познания можно предметно, содержательно говорить и дискутировать о том, как нам оздоровить Антропософию. Кто не знает, с чем он имеет дело в данном вопросе, тот часто даже не подозревает о том, что его уже завели в глухой тупик, что он находится перед стеной, на которой просто нарисованы соблазнительные картинки.
Свободная духовная жизнь
Самую значительную характеристику положения, в котором оказалась Антропософия в конце XX в., мы находим — как бы странно это ни показалось — у Рудольфа Штайнера. В одной из лекций 1921 г. он высказывает мысль, которая, по меньшей мере, с удвоенным значением относится и к концу века и останется руководящей также в начале века следующего. В той лекции он говорит о том, что, развивая в 1919 г. идею социальной трехчленности, он часто повторял формулу: "вполне возможно, что уже очень скоро будет поздно". Он имел тут в виду врагов социального обновления, которые к концу войны несколько ослабли, но с се окончанием вновь быстро набирали силу. И нужно было тогда успеть с социальной трёхчленностью продвинуться достаточно далеко в мир. Но уже три года спустя условия кардинально изменились. "С того времени, — говорит Рудольф Штайнер, — в Средней Европе поднялась ужасная волна реакции, более сильная, чем думают, и с ней нужно серьезно считаться. Социальная трехчленность как принцип не затронута ею — он сохраняется, — но теперь стало уже невозможным осуществлять ёе так, как мы хотели тогда... Мы находимся сейчас в такой точке, где нужно искать новые формы, чтобы выбраться из хаоса... В особенности необходимо сегодня, как безусловно наиважнейшее... осветить мир неистинного, пронизавший нашу духовную жизнь... Такова одна сторона дела, негативная. Позитивная сторона заключается в следующем: нам теперь необходимо как можно скорее прийти к осуществлению одной части социальной трехлченности, к освобождению духовной области... Лишь познание того, какова власть времени, может спасти нас от нулевого состояния, а именно — выражаясь по-шпенглеровски, — от наступления заката. Мы должны изо всех сил стремиться способствовать установлению свободной духовной жизни...
Остается лишь надеяться, что еще удастся собрать последние остатки духовного импульса и попытаться освободить духовную жизнь в сфере религии, в сфере искусства и в научной сфере. Ведь именно таковы три соподчиненные формы; каждый из членов социальной трехчленности содержит в себе три сферы. Духовная жизнь включает в себя религию, науку и искусство. Если в этих трех сферах удастся освободить духовную жизнь, тогда сами по себе, скорее, чем мы думаем, имея перед собой прообразом свободную и освобождающуюся духовную жизнь, появятся люди, способные понять равенство в государственной жизни и братство в хозяйственной. Ближайшая задача, таким образом, состоит в работе изо всех сил над обретением самостоятельности одного члена" (ИПН. 342, S. 202-204).
Итак, совершенно очевидно: мы следуем совету Рудольфа Штайнера, предваряя наш вопрос познанием, так сказать, его социально-духовной "экологии". Что же касается соответствия сказанного Рудольфом Штайнером нашим условиям, то тут даже нет предмета для спора. Лишь еще более реакционным стало положение в хозяйственной, а также в политической, правовой жизни мира. Что же касается "мира неистинного, пронизавшего нашу духовную жизнь", то тут "авгиевы конюшни" никто не чистил 80 лет, а теперь их чистить стало просто опасно, потому что тысячи "благомыслящих" членов поднимают крик и стон, как только кто-то лишь возьмется за "лопату".
В окружающем нас мире, а также и внутри Антропософии главную борьбу теперь ведут против свободной духовной жизни, „поскольку с остальным, как кажется, уже покончено. Параксизм неистинного затопил мир и ужасными, уже не просто реакционными, а инфернальными волнами окатывает всю антропософскую жизнь. И если мыслить реалистически, то как в 20-е годы, так и теперь все силы нужно собрать для осуществления только свободной духовной жизни в трех, указанных Рудольфом Штайнером, сферах. В этом состоит наша главная задача, она должна нас вдохновлять, пробуждать и сплачивать. Но нам необходимо знать, как ее осуществлять. Начать тут следует, с познания того, как свободная духовная жизнь искореняется в антропософской среде.
Недооценка Антропософии
Говорить на эту тему, повторяем, необыкновенно трудно, поскольку провоцируешь на восстание всех демонов лени, предвзятости, глупости, трусости. Серьезные проблемы приходится иметь не только с врагами Антропософии, но и с ее друзьями. Вот один из свежих примеров. После опубликования в "Симптоматологических Иллюстрациях" (№ 2а, 1998) нашей статьи "Оккультный погром Гетеанума" нам довелось выслушать нарекания также и от кое-кого из друзей. Им не понравилось, что там названы по именам те, кто особенно бессовестно 
разрушает антропософскую работу и жизнь. — Что ж, в таком случае давайте будем последовательны и скажем: до каких пор будет продолжаться это бестактное заклинание имен: Гитлер, Сталин, Гитлер, Сталин? Когда, наконец, научатся выражаться цивилизовано, в таком, например, духе: ну да, были предприняты некоторые социальные эксперименты, которые дали отрицательные результаты, но если быть объективным, то нельзя забывать, что тут имеется и противоположное мнение? И все!
Нам возразят: но нельзя же мировые войны и революции ставить на одну доску с убранством первого Гетеанума! На это мы дадим однозначный и категорический ответ: можно! Кто понимает эзотеризм мирового развития, тот знает, что именно неуспех Антропософии в мире отзывается мировыми катаклизмами и хаосом. Поэтому дело тут для познающего сводится к способности обдумывать вещи с разных сторон, во взаимосвязи и до конца.
Именно недооценка Антропософии является первым фактором, способствующим искоренению сводной духовной жизни; недооценка данного Рудольсром Штайнером, в первую очередь.
На одной из недавних конференций в Дорнахе была брошена фраза, что Бондарев-де обвиняет Дорнах в том, что там занимаются черной магией. Совершенно дилетантское заявление. Такое обвинение с неизбежностью проистекает из сообщений Рудольфа Штайнера. Определяя необходимые условия, которые должны непременно соблюдаться при проведении здоровой духовной работы, он, например, говорит: "если бы эзотерика стала вредить собственной свободе, то это было бы черной магией" (ИПН. 266-1, S. 383). Достаточно взять одну лишь эту мысль и понаблюдать, что делается вокруг очагов власти в В АО — выводы придут сами. Только не нужно думать, что черная магия — это непременно "черная месса", "Бафомет" и т. п., а без них бывает лишь белая магия.
Недооценка Антропософии проистекает из глубинного ее недопонимания. Понять же ее — дело совсем не простое. Многим в одиночку оно вообще не по силам. Для того и было создано сначала одно, потом другое Антропософское общество — чтобы соединить усилия в познании и сдатать возможной взаимопомощь. Первое АО Рудольф Штайнер распустил именно по той причине, что оно утратило способность эту задачу решать. Ну, а второе просто "упустило из виду": в чем состоит смысл его существования. В течение 80-ти лет, прошедших после смерти Рудольфа Штайнера, оно Антропософию лишь теряет. Теперь же мы имеем дело уже с результатами, плачевными результатами. Потеряно 80 лет, в течение которых три поколения антропософов манкировали творческой разработкой Духовной науки. А теперь количество перешло в качество. Теперь группки воинствующих дилетантов требуют "ревизии" духовного наследия Рудольфа Штайнера, отказа от Антропософии в Вальдорсрской педагогике и проч. И некому дать им достойный отпор. В ветвях десятилетиями длятся курсы никуда не ведущих введений, интеллектуализированные до последней степени; члены-мистики разбредаются в поисках харизматических гуру и легких эзотерических практик.
Откуда берутся враги?
Создается впечатление, что современный европеец вообще способен духовно напрягаться лишь в том случае, если это служит его карьере и благополучию. Установка, несомненно, материалистическая и атеистическая по самой своей сути. У нас же (в Антропософии) требуется другое. "Невозможно пережить с достаточной серьезностью стремление стать эзотериком, — говорит Рудольф Штайнер, — Нам нужно все то, что из духовных миров дается нам как милость, воспринимать как учебный материал (Lehrgut). Это требует невыносимого напряжения сил, интенсивного изучения, постоянно длящегося ученичества, постоянного углубления во все. Никакая жертва не должна быть для нас слишком трудной; напряжение, время — все мы должны сюда принести" (ИПН. 266/2, S. 423). Рудольф Штайнер хорошо понимал, что у многих возникает желание перестать учиться. "Но именно тогда, — предупреждает он, — могут вмешаться люциферические силы". Это они соблазняют удобством — не учиться больше, а лишь смотреть на мирового Учителя. Но в таком случае он не придет; зачем ему служить человеческим удобствам? (Ibid.) Не придет — следует понимать — второй импульс Антропософии, которого мы все ждем.
Можно не сомневаться, что большинство благомыслящих антропософов, прочтя предостережение Рудольфа Штайнера, согласно кивнут головами, сопроводив свое согласие вздохом: но нам, увы, такое не по силам. И как объяснить им, что у них просто нет выбора? Ибо всякий пришедший к Антропософии подвергается усиленной атаке супостатов. А потому "кто ослаб и не желает идти с нами (а идти означает постоянно напрягать силы. — Авт.), захватывается враждебными силами. Таковы они, враги нашего движения, взрастающие из его среды, порождающие в нем противодействия" (Ibid, S. 414).
Главные противодействия мы имеем именно в сфере познания Духовной науки, и выражаются они не только в попытках искажать, но и в особом настроении антропософской массы, которое необыкновенно ясно выразила одна генеральная секретарша в своей заметке, опубликованной в "Гетеануме": "Прогрессы! Очень хорошие начинания. О негативном нечего говорить, это неважно... Предпосылки для разговоров были великолепные. Каждый мог что-то привнести; не всегда по делу, но никто не брал слово формально, право говорить. Была тишина — и затем кто-то в эту тишину говорил: великолепно! Большое спасибо Правлению (АО), что оно открыло эту встречу. — Было ли там наравне с этим и еще что-то — мне "до лампочки" (piepsegal), ибо для меня важнейшее — жест". (Об этом см. также  книгу   "Рождественское Собрание 1923-2005")   Так можно договориться и до: "В конце был жест"; после чего останется последнее: "В конце была глупость, и конец тот был в некоторых ведущих антропософских администраторах".
Мечта Рудольфа Штайнера
В своей беспредметной экзальтации та секретарша, конечно, выражается не совсем точно: на той встрече говорили не в "тишину", а в пустоту и кому что в голову придет, ибо духа Антропософии люди не знают, поскольку в реальности людям "до лампочки" сама Духовная наука. Можно было бы спросить секретаршу: задерживалась ли она хоть раз на мысли, что во всех странах мира генеральные секретари имеются только в компартиях и в Антропософских обществах? Что партийным генсекам, в отличие от антропософских, никогда и в отношении ничего не бывает "до лампочки", как, впрочем, и всем другим серьезным организациям в мире? И почему это мы, антропософы, словно неандертальцы, вдруг обретя дар речи, радуемся детской радостью, еще не зная о том, что речь может нести большую и даже очень большую смысловую нагрузку, что она может заключать в себе мудрость и истину? [* И возможность "совсем открыто говорить друг с другом" — никакое не чудо, а естественное свойство людей. Было бы о чем говорить!]
Рудольф Штайнер в свое время мечтал: "Да, идеалом было бы иметь небольшую группу (хотя бы одну!), которая стремилась бы ко все большему углублению... Обмелению можно было бы противодействовать..." (ИПН. 266/2, S. 339). Его мечта так и стоит с тех пор перед нами неосуществленной. Со временем мы перестали даже думать о том, как можно углубиться в Духовную науку. В самом ее понятии мы вычеркнули слово "наука" и остались с неким неопределенным "духом" [* Или еще проще: с одним "жестом", но что он в таком случает выражает, об этом лучше умолчать.], которого даже самый заурядный гуру может произвести больше, чем его было "в молчании" того собрания, приведшего в восторг генеральную секретаршу.
Поэтому, когда мы слышим: "сварливо кто-то заявляет: мы стоим перед концом", — то тут следует лишь уточнить: не "сварливо", а с глубокой тревогой — так говорят все наблюдающие бурно прогрессирующую инфантилизацию членов. Ведь уже становится просто страшно произнести такие, например, слова: основу любой познавательной антропософской работы, без которой практические начинания суть мыльные пузыри, составляет разработка, углубление и усвоение гетеанистической теории познания. — Да, страшно, хотя это абсолютная истина.
Несомненно, в одиночку многим это не под силу, но именно в этом случае мы все один другому друзья и даже братья и сестры. В созидательной духовнонаучной работе следует искать нам единства и взаимопомощи, чтобы супостаты не проглатывали нас поодиночке и целыми группами, после чего в нашей среде (даже в самом Гетеануме) начинают господствовать настроения советских комсомольцев, отправлявшихся на "великие стройки коммунизма".
Первое, чем уже давно должны были бы стать все антропософские группы и ветви, — это школами мышления, строго следующими принципам преемственности и восхождения. "Если необученное мышление, — говорит Рудольф Штайнер, — принесло так много нездорового во внешней науке, то тем больше принесет оно нездоровья в Антропософском Движении, больше, чем через неправильное наблюдение, поскольку здесь интерес многих к сверхчувственным вещам не идет рука об руку со столь же сильным интересом к логическому мышлению" (* Beitraege zur Rudolf Steiner Gegamtausgabe,Тетрадь  № 30, S. 3).
Таким образом, всем должно стать ясно, что корень всех бед в нашей среде образует хроническая нелюбовь подавляющего числа антропософов к логическому мышлению и преобладание группового "мистического" интереса к сверхчувственному, что отбрасывает нас на ступень старого Теососрского общества, в котором тон задавали господа типа Ледбитера и "поздней" Анни Безант.

Власть и истина
С особой, можно даже сказать, трагической грандиозностью состояние, до которого мы докатились, нашло свое выражение в феномене (не случае) Сергея Прокофьева. Мы не будем рассматривать здесь его творчество, поскольку уже писали о нем в книге "Мистерия Антропософии"( 1 ). Исчерпывающий анализ всей невозможности и недопустимости, с антропософской точки зрения, понаписанного им в высокой стопке увесистых томов, дан в книге Ирины Гордиенко. ( 2 ) Мы советуем внимательно прочесть ее каждому, кому не "до лампочки" то обстоятельство, что "мы стоим перед концом" [* Впрочем, одно дополнение мы все-таки сделаем. Нас вынуждает к нему появившаяся в мае 1999 г. брошюра С. Прокофьева "Die Begegnung mit dem Boesen...". Среди многих невозможностей там предлагается нам не более не менее как принять Зората в качестве "четвертого супостата", который, якобы, отстал еще до древнего Сатурна! Он, якобы, является "противником всякого Я... самого Я-принцииа" (S. 17). Не станем спрашивать Прокофьева, откуда он это узнал, спросим лучше себя: а на чем тогда держится это существо, так тотально конфронтируя с Я? Ведь и Люцифер, и Ариман, и Азуры — все они стремятся наверстать упущенное в развитии Я. Они супостаты только потому, что хотят иметь Я лишь для себя. Ну, а если существо тотально противостоит Я, то для окончательной победы ему достаточно лишь не быть!].
Феномен этот особенно разрушителен по той причине, что Прокофьев, как автор, внутренне честен (так это ему, по крайней мере, представляется) в отношении к Антропософии и одновременно находится под необоримым влиянием ложных инспираций, проверить которые он не способен, поскольку, как и у всех его фанатизированных приверженцев, его интерес "к сверхчувственным вещам не шел рука об руку со столь же сильным интересом к логическому мышлению".
Но логическое мышление есть хотя и совершенно необходимый, но лишь предварительный элемент на антропософском пути. Вслед за ним встает задача овладеть созерцающей силой суждения, а потом — "свободными имагинациями" [* Ставим контрольный вопрос: чем свободные имагинации отличаются от визионарных видений?].
Эти три исходные ступени эволюции индивидуального духа требуют существенного укрепления мыслящего сознания и Я-сознания, обретения внутренней свободы (не путать с произволом ). И вот тогда приходит требуемое от нас Духом эпохи: " Действительно духовное должно проникать в мир через свободных людей, укрепленных созерцанием духа". (Тетрадь № 24/25, S. 46).
Таковы основания, в силу которых в антропософской среде, с одной стороны, "никакая слепая вера не должна править в человеке; слепая вера в авторитет убивает логическое мышление и спиритуальность в человеке" (ИНН. 266-2, S. 178), а с другой — "ни при каких обстоятельствах никто не смеет мешать нам свободно и открыто высказывать истину" (Ibid., S. 414). Но именно против этих двух принципов свободной духовной жизни творится особенно много греха в антропософских обществах и ветвях. Сплошь и рядом прав оказывается тот, у кого больше прав. Неистинное занимает господствующее положение. Набирает мощь институт "отлучения от церкви". И уже невозможно достичь взаимопонимания в элементарных вопросах, например, что истиной нельзя заведовать административно, что за нее нужно постоянно бороться — не только внешне, но и путем напряженнейшей внутренней, познавательной работы. И если никто не будет этого делать, то культуру ждет смерть. Так подступает к нам третий грех, которому мы уже следуем с покорностью стада, гонимого на заклание: "осуществленные заблуждения убивают жизнь" ( Тетрадь № 15, S. 21).
Что же все-таки делать?
И тут к нам вновь возвращается наш вопрос: но что же все-таки делать? Если нужно спасать свободную духовную жизнь, то как? Да, администрация правит бездарно, диктаторски, часто бессовестно опираясь на пассивное большинство, которое ничего не хочет и никуда не стремится; и разве все это можно побороть? — Нам кажется, что можно, если правильно начать. Специально мы будем говорить об этом во второй части нашей статьи. Предварительно же отметим, что начать правильно можно исходя из реального духа времени. 
У Рудольфа Штайнера мы можем прочесть следующее:
"Наше время требует:
1.  Сильного овладения личностью. Поэтому ариманическая война против личности.
2.   Сильнейшего чувства истины-факта. Поэтому: люциферическая война против фактов ради служения лжи" (Тетрадь №10, S. 15).
Так давайте для начала поймем, что разрушение личности, искажение истины-факта совершаются не в силу одной лишь человеческой слабости и желания потакать инстинктам, но как уже говорилось — едва ли не на каждом шагу мы имеем дело с одним и тем же феноменом, когда подходящие к Aнтропософии становятся жертвой люциферически-ариманических сил. И именно такие люди начинают рваться к заведованию духовной жизнью по принципу селекции худших: ну а далее выступает уже целенаправленная и осознанная борьба с духом.
О некоторых из таких людей мы уже писали в приложении к книге "Антропософия на скрещении оккультно-политических течений современности".( 3 ) Мы там попытались дать импульс к пробуждению, указывая на наиболее вопиющие факты борьбы с Антропософией в ее среде — на осквернение урны Рудольфа Штайнера, на выбрасывание из Гетеанума урн целого ряда антропософов, к которым мы проявляем особое уважение, и т. д. Нужно отметить, что в целом ряде случаев такое пробуждение началось. Но оно оказалось недостаточным, и потому нас "накрыла" еще одна беда: грубое, вызывающее искажение художественных и эзотерических импульсов первого Гетеанума путем так наз. "перестройки" большого  зала второго Гетеанума.
Мы писали об этом в № 2а "Симптоматологических Иллюстраций".( 4 ) Добавим к сказанному там еще одно сообщение Рудольфа Штайнера. Он разъясняет нам: "В семи печатях (Гётеанума) мы видим образы астрального мира, в семи колоннах — понятия, какими они входят в космос, в наш мир, когда мы рассматриваем деваханический мир. Если, ощущая, вы вживаетесь в них, то обнаруживаете, что они упорядочивают ваши ощущения так, как ничем другим в чувственном мире они упорядочены быть не могут; более того, они способны образовать понятия той духовной музыки, гармонии сфер, которая есть Девахан" (ИПН. 284, S. 86).
Если эти слова Рудольфа Штайнера привести в связь с оккультно и художественно безобразными нагромождениями бетона в "обновленном" зале, то не потребуется доказывать, что "перестройка" есть целенаправленная борьба с Духом времени, ведущаяся в данном случае уже магическими средствами. Осознание этого безобразного факта, осознание космической опасности для души даже просто пассивно следовать за этой борьбой с Антропософией, могло бы дать многое в понимании истины и в деле "сильного овладения личностью" [* События в Дорнахс, между тем, по-прежнему развиваются и гибельном направлении. Теперь там применили локаут к эвритмическому ансамблю. В какой стране, какой предприниматель может сейчас позволить себе такое? В Вене существует закон, вообще запрещающий увольнять артистов. В старой России, в крепостных театрах, случались подобные истории, а теперь, вот — в центре общества, призванного нести в мир идею социальной трехчленности].
"Царство Божие силой берется" (Мф. 11, 12). Таков просто закон развития. Особенность его действия в наше время состоит в том, что таких усилий требуется очень много, ибо сплошь и рядом мы имеем дело с организованной оппозицией Духовной науке, с люциферически-ариманической войной против личности и именно в той сфере, где начинается ее становление — в сфере мышления. И борются с нами уже оккультно, применяя изощренные методы. Они просматриваются повсюду. В нашу среду их приносят из внешнего мира.

Откушенные мышиные головы
Об одном из таких методов мы однажды уже писали. Его суть особенно легко объяснить в образной форме. Однажды нам довелось читать в московской газете о некой американской рок-звезде. В статье было сказано, что это просто на редкость замечательный парень: хороший семьянин, любит жену и детей, постоянно жертвует деньги на разную благотворительность и т. д., и психически он совершенно здоровый, но только вот однажды он взял и откусил голову у живой мыши.
Таким, на первый взгляд, нехитрым способом в сознание огромного числа читателей в образной форме (а образ действует всегда сильнее, чем идеологема) было впечатано переживание: гуманизм, любовь и тошнотворный образ откусываемой человеком мышиной головы. Таков один из приемов разрушения культуры, называемый аллюзией.
Именно с помощью такого метода ведет свою работу становящийся все более известным базельский "оппозиционер" Томас Майер. Он хорошо зарекомендовал себя, издав интересные биографии Польцера-Ходитца, Мольтке и кое-что еще. А наравне с этим он упорно проталкивает аферу с некой Барбро Карлен, в которую, как она утверждает, якобы, перевоплотилась жертва национал-социализма Анна Франк. Доказывать, исследовать тут, собственно говоря, нечего. Все носит просто вопиющий характер. Обескураживает тут другое: энтузиазм тысяч антропософов, последовавших за этой аферой. Их даже не смутило открытие американского раввина Гершома (он работает с гипнозом), которого широко рекламируют Майер и ВАО, что имеются случаи перевоплощения не умерших людей!*
[* Как критик недостатков в деятельности ВАО  Майер позволил себе открыто такое, о чем многие решаются только шептаться. В своем журнале "Европеец" он опубликовал карикатуру, на которой воздушный шар с физиономией М. Шмидта (Брабанта) накачивают по шлангам из двух источников: на одном из них написано: "Иезуитизм", на другом — "Масонство". Многие из желающих обновления ахнули от изумления. —  Ай да Майер! — сказали они. — Какой смелый! Наш человек, болеет за Антропософию! 
—  Да, да, — подхватил сам Майер, — конечно, ваш; я даже верю в перевоплощения. Есть тут у меня один примерчик, доказывающий, что переселение душ существует.
И никто не желает увидеть, что в ответ на "диссидентство" Майера, несомненно, куда более дерзкое, чем то, что может позволить себе Бондарев, не возникает никаких санкций. А для открытого Майером Гершома с его учением о перевоплощениях, жестко раскритикованный Шмидт (Брабант) организовал в 1997 г. целый антропософский тагунг (в Берлине на Михаила).
Оппозиция и центральная власть часто в современном мире представляют собой одно целое. Яркий пример тут — феномен "расиста" Жириновского.]
Почти никто не задержался мыслью на том, что говорит о реинкарнации Рудольф Штайнер. А он, например, говорит, что вскоре вновь могут перевоплотиться лишь умершие до 11 — 12 лет, до момента, когда в действие вступает карма. В иных случаях — они образуют исключения — люди быстро вновь приходят на Землю, лишь имея особую духовную миссию, а главное — силы для ее исполнения, ибо частые воплощения — это непомерный труд и мука. Чаще, чем нормальные люди, перевоплощаются материалисты, поскольку духовный мир их отталкивает, но и в этом случае между инкарнациями проходит несколько столетий. И можно было бы спросить: что же за человек была эта Анна Франк, если духовный мир мгновенно вытолкнул ее опять на Землю, где ее, как утверждает Карлен (что, правда, уже изобличено), опять преследуют прежние злодеи, также вновь перевоплотившиеся?
В этой пошлой истории можно, правда, вообще ни о чем не спрашивать, а вспомнить лишь следующую мысль Рудольфа Штайнера: "Возможность заблуждения на оккультном пути никогда не была столь большой, как теперь. Одна из худших вещей, какие тут начинают делать, это говорить людям вслух об их инкарнациях. Ведь этого нельзя доказать, и у людей через это разрушается интеллект" (ИПН. 266-2, S. 210).
Как только мы узнаем об этом, тут же все встает на свои места. Мы видим, что в данном случае бьют все в ту же точку: в мыслящее Я-сознание, с которого начинается индивидуальность. Поэтому мы должны сказать себе: афера с перевоплощениями жертв войны, врата которой в масс-медиа Европы открыли "антропософы", есть не что иное, как "откушенная мышиная голова" — методический прием в работе тех, кто стремится Антропософию сделать в глазах мира посмешищем [* В этой разрушительной акции все элементы являются не только вопиющими, но и хорошо продуманными. Возьмем хотя бы мелькающую уже годами во всей антропософской прессе фотографию миленького, чистого как ангел, пухленького девочки-ребенка (Карлен), потом женщины-ребенка, которая большими глазами смотрит недоуменно-обиженно снизу вверх на обижающих все чистое, невинное "взрослых". Мировой укор чистоты и невинности взрослому злому миру выражен в этом взгляде. Кто такие "злые взрослые" — ясно всякому. Недавно появилась более взрослая фотография Барбро Карлен. Там в ее глазах запечатлен укор мировой совести каждому. Взглянув на такую фотографию, нужно сразу покраснеть и закрыть лицо...Если кто-то скажет, что эти фотографии подобраны и сделаны без опытного имиджмейкера, то такому ничего объяснить нельзя, он не видит и не понимает аллюзий, которыми его дурачат. И если он антропософ, то никогда не спросит себя: а с чего это вдруг "волки завыли" в нашей среде? (Сборничек стихов Карлен "Когда воют волки" увидел свет в издательстве Томаса Майера). Тут еще следует сказать, что года два назад в Европе еще одна женщина объявляла себя перевоплощенной Франк. Она искала издательство для опубликования книги своих "Дневников". Позже она отказалсь от своей претензии "в пользу", как она сказала, Карлен.]
Ничем иным, как все возобновляющимся "откусыванием голов" у живых мышей является идеологическая линия, проводимая журналом "Info-3". Там, наравне с декларациями о "гуманизме", "свободолюбии", "правах человека" и даже "свободной духовной жизни", регулярно ведется апология сексуальных извращений и всего, что в культуре имеет грязный вид. Об этом мы также уже писали, за что были подвергнуты прямо-таки уничтожающей критике, апогей которой странствует теперь по интернету.[* Еще в начале века немало хлопот доставил антропософам некто Больд — глубоко "сексуально озабоченный" спиритуалист, пытавшийся принудить все ветви изучать его "сексуальную науку". Рудольф Штайнер писал ему: "...ну оставьте Вы все это! Станете Вы... старше, то очень пожалеете, что этим Вы разрушили весь свой жизненный путь, что в юности писали такой вздор" (Тетрадь  № 116, S. 48). Это письмо адресовано непосредственно нашим современным сексуал-демократам типа Хайстеркампа, главы "Info-3", они могли бы найти в нем для себя серьезное предостережение, если их "жизненный путь" уже не "разрушен".] 
Не станем и здесь заблуждаться, внушая себе, что вытворяемое журналом есть частное дело странных молодых людей — жертв системы послевоенного воспитания. Антропософская пресса давно перестада быть даже частным делом Антропософского Движения. Она уже давно интегрирована в грязную мировую политику , где в мировом масштабе разыгрываются те же самые сценарии[* Желающим овладеть методом исторической симптоматологии предлагаем для обдумывания рабочую гипотезу: "Журналы "Новалис" и "Info-3" как две руки (левая и правая) одного хозяина".]. Взять хотя бы пресловутый "зипергейт" г-на Клинтона. С помощью его в мировое общественное мнение впечатывается образ: США — образец свободы и демократии, гарант мира (особенно в Сербии), соблюдения прав человека и проч., и проч. Вот только их президент занимается половыми извращениями. Но это ничего, ибо он, в общем, хороший парень. — И как реагирует на это общественное мнение? Встает на защиту Клинтона. А посему отныне половые извращения есть легитимированный атрибут свободы, прав и т. д.
Если нас спросят: так как же следует относиться к антропософской прессе? — то мы, опять же, призовем на помощь Рудольфа Штайнера. Им сказано: "Каждый может иметь также и свое мнение; но это не по-братски — оставлять без внимания заблуждения. Нельзя молчать, если теософские (антропософские) журналы, в которых нам следует возвещать истину как свою миссию, истину унижают, искажают даже до карикатуры" (Ibid., S. 429). Таким было положение и начале века; теперь оно усугубилось вдвое-втрое. Не верится? — полистайте номера "lnfo-З" или "Фленсбургских тетрадей" (напр. № 20), пользуясь уже пробужденным сознанием, и вы даже физически переживете тошноту от изощренных надругательств над духом, творимых, якобы, под знаком свободы.
Заказ, выполняемый всей этой прессой, ясен вполне: борьба с "истиной-фактом", о чем пишет Рудольф Штайнер в приведенной выше цитате. Следует лишь раз за мишурой разных психологических и журналистских приемов увидеть, чем занимается "антропософская" и любая другая пресса как своим главным делом. — Она занимается искажением фактов, "ведет люциферическую войну против фактов ради служения лжи". Именно потому наша книга "Антропософия на скрещении..." и была подвергнута остервенелой критике — особенно в "lnfo-3" и "Новалис" [* "Новалис" по такому случаю даже отложил в сторону покровы своей небесно-голубой респектабельности и засверкал огнями былой инквизиции. И ладно бы искренне, а то ведь все одна лишь политика.], — что в ней предпринята попытка систематически, на духовнонаучной методологической основе осветить определенный крут фактов, не только познать их истинный смысл, но проникнуть до их прафеноменальной основы.
"Этруски" расизма
Среди фактов, делающих невозможной свободную духовную работу внутри Антропософских обществ, существенную роль играет извращенный расизм многих антропософов. Извращён он по той причине, что они выдают его за антирасизм. Уже обычаем стало отыскивать следы расизма в высказываниях Рудольфа Штайнера. Что занятие это совершенно бессовестное, их нисколько не удручает. Но оно становится действительно извращенным, когда они единодушно  встают на защиту сионисткого расизма. Ведь не нужно заниматься Духовной наукой, чтобы понять, что сионизм ость чисто политическое, радикально расистское движение, осужденное в ноябре 1975 г. в резолюции № 3879 Генеральной ассамблеи ООН [* В современном мире столпами сионизма (т. е. теми, на ком он держится) являются не столько Бегин, Нетаньяху, Шарон, сколько Клинтон, Блэр, Ширак, Коль, Шредер.]. С того времени радикализм его только возрастает. Спросим себя: когда и какому правительству было позволено законом разрешить пытки подследственных заключенных? А ведь это существует в современном Израиле. Там также проводят антропологические исследования на предмет выявления расовой чистоты репатриантов, если те не могут доказать ее с помощью документов. От результатов исследований зависит получение гражданства. Подумаем только, что началось бы в мире, позволь себе такое англичане, французы, русские! 
[* К печальным последствиям приводит такая политика и в Израиле. Так, например, в ноябре 1998 г. один израильтянин зарезал в баре другого, вышедшего в увольнение солдата израильской армии, за то, что тот заговорил по-русски.Засилье религиозно-националистического фундаментализма привело в середине февраля 1999 г. к массовым беспорядкам в Израиле, когда демонстрация фундаменталистов столкнулась с демонстрацией сторонников светского государства. Как утверждает пресса, соотношение было 250 тыс к 50 тыс в пользу фундаменталистов. Но в таких случаях цифры всегда искажают, и не исключено, что соотношение было иным.
А как ведут себя сионисты в Европе? 26 июля 1998 г. в Берлине была организована открытая дискуссия но книге "Schwarzbuch des Kommunismus", в которой группа французских авторов подводит итог большевистскому эксперименту, стоившему человечеству 100 млн. жертв. В зале, где проводилась дискуссия, появились члены организации "Антифашистская акция" с лозунгами: "Да здравствует коммунизм!", "Да не будет больше Германии!" Они принялись кричать, свистеть, так что другие молодые участники дискуссии назвали их "красными фашистами". Они заявляли, что жертвы коммунизма — это не геноцид, поскольку в основе тут действовала "научно обоснованная теория коммунизма", что 6 млн. жертв искусственно организованного большевиками голода на Украине — клевета, ну и вообще, что внимания заслуживает только геноцид евреев в 3-м рейхе.]  
И вот, на фоне этого один руководитель антропософской ветви в Базеле и одновременно президент Сионистского объединения Базеля пишет в нашем, насквозь интернациональном "Гётеануме" (№ 25, 1998): "еврейский народ — это никакой не рядовой народ наравне с другими народами. Душа этого народа, или Дух народа представляет собой обобщение всех других Душ, или Духов, народов. Поэтому мы можем сказать, что все народы соучаствуют в еврейском народе. Находясь под этой всеобщей крышей, они могут научиться преодолевать свои особые национальные импульсы. На этом основывается "универсальный импульс" еврейского народа" [* Мы не станем останавливаться на том, что по смыслу это перепевы расистских фантазий графа Калерги о расовой избранности евреев, призванных образовать расовую элиту в среде будущего расово перемешанного человечества, и проч.].
Заявление этого антропософа-сиониста не просто неверно по смыслу, оно провокационно. Ибо именно под влиянием этого рода расизма националисты в России начали переписывать всю историю Европы. В ней, как утверждают они, всегда доминирующую роль играли славяне, а в особенности русские. Это они ходили к Трое; русскими были кельты, этруски. Последнее доказывается даже "этимологически". Частица "эт" созвучна с русским "это", а "руски" — так это просто "русские"; и получается: этруски — это русские! "Ученые" этого типа утверждают, что русские — "никакой не рядовой народ наравне с другими", что задача России состоит в том, чтобы дать другим народам возможность под "всеобщей крышей" преодолевать свой национализм. Однако сказать: их "особые национальные импульсы" — на такое они, в отличие от "мудреца" из Базеля, все-таки не решаются; не решаются они распоряжаться и "Духами народов", т. е. залезать в дела божественные. И тем не менее, они, по мнению антропософов-антирасистов, — шовинисты, а упомянутый базелец — образец демократии и интернационализма!
[* В этом, как и в других, рассматриваемых нами явлениях, нас, прежде всего, волнует лишь то, как они сказываются на антропософской жизни. Так начинаем мы понимать, почему Рудольф Штайнер считал, что осуществление целей сионистов породит в мире ужасную реакцию. Но чтобы мы всерьез понять этого не смогли, г-н Дунсельман (голландский генсек) and C°     принимаются "откусывать головы мышам": затевают целое расследование "расистских" высказываний Рудольфа Штайнера. Они делают это, чтобы отвлечь наши силы и внимание, принудить нас оправдываться в том, в чем мы ни с какой стороны не виноваты.
Не так давно нам довелось читать лекции но методологии Духовной науки в одном большом северном городе. В одном из докладов нами было вскользь замечено, что манипуляции Томаса Майера с антропософским учением о реинкарнации являются форменным безобразием. И тут же один молодой человек в зале затеял небольшой скандал.
—  Карлен-Франк — это икона! — возмущался он. — Как смеете оскорблять!
По залу пробежал легкий смех.
—  Над кем смеетесь? — еще более возмутился он. — Над Франк или над антропософами?
—  Над антропософами, над антропософами, — попытались успокоить его, но ничто не помогало. Было видно, что он хорошо знает, какая сила стоит за ним, что ни в одной ветви никто не посмеет всерьез спорить с ним. Ну, а на тех, кто был в зале, на наши духовнонаучные рассмотрения, на наше робкое заявление, что имеем же мы хотя бы право на различие во мнениях, ему было просто наплевать.
Урезонить его мог бы лишь кто-нибудь из тех, кто пытается урезонить Майера (а такие люди имеются), или какой-нибудь раввин, который указал бы ему, например, на несовместимость учения о перевоплощениях с вероучением иудаизма. Но таковых в зале не оказалось. А над теми, кто там был, дамокловым мечом повисла угроза обвинения в антисемитизме. Поэтому молодой человек "бил посуду", сколько хотел, а мы молча слушали его.
Но ведь его позиция была расистской, оккультно-расистской, и с нею он вторгся в сферу Духовной науки, и пытался в ней распоряжаться. Такое ни при каких условиях не может быть признано приемлемым.
Есть у этого явления и другая сторона. Вышла в свет книга Есайи Бен Аарона "Новые опыты сверхчувственного", которая заслуживает духовнонаучного к себе отношения, но первая мысль, какую она будит, — политическая: "Посмел бы кто ее не издать!"
Не только на свой опыт опираемся мы, говоря это.

Сыновья Скивы
Еще одну серьезнейшую опасность для Антропософских обществ и Движения представляет собой нарастающая тенденция организовывать в их среде ложи и заниматься в них ритуалами. Проявляется это двояким образом: явно и скрытно. Там, где это делают открыто, мы имеем дело со взрывоопасной смесью оккультного легкомыслия, честолюбия и любопытства. Пример такого рода можно найти в рекламном приложении к "lnf'o-3" за осень 1998 г. Там группа новоявленных "фаустов" из Лейпцига объявляет, что они "нашли в себе мужество" поиграть "с раскаленным железом" — "испытав все" (!!!)  "в области разных оккультных сил, например таких, как "вриль", идя "рука об руку с работами д-ра Рудольфа Штайнера".
"Смелым исследователям" хотелось бы напомнить одну историю, описанную в Деяниях апостолов. Там рассказывается о семи сыновьях первосвященника Скивы, попытавшихся заклинать злых духов, подражая апостолам. Они начали так: "Заклинаем вас Иисусом, которого проповедует Павел". Злой дух ответил им: "Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И... одолев их, взял над ними такую власть, что они нагие и избитые выбежали из того дома" (Деян. 19; 14-16). Так не случилось бы подобного и с нашими "вольными каменщиками", не довелось бы и им, в случае "успеха", услышать: "Иисуса знаю, и Рудольф Штайнер мне знаком, а вы кто?", после чего им станет даже хуже, чем сыновьям Скивы, ибо времена изменились.
Но еще опаснее обстоит дело в тех случаях, где, отпочковываясь от регулярных лож, создают их отделения в нашей среде тайно. Процесс этот мы предсказывали уже несколько лет назад в "Антропософии на скрещении..." Не вникая сейчас в глубину вопроса, возьмем лишь самый внешний факт, иллюстрирующий грозящие нам тут бедствия. Кому не известно, что иезуиты, Ватикан даже во снах видят, чтобы Антропософия подменила себя ложами. Ведь в таком случае в борьбе  с нею заработал бы весь старый инструментарий, созданный ими в течение веков для борьбы с масонством. Примечательно, что в Советском Союзе Антропософию всегда критиковали и запрещали как разновидность масонства.
"Гог и Магог"
Таковы главные факторы той жизни, в среде которой нам приходится вести антропософскую работу. Лишь немногим хватает мужества смотреть этим фактам в лицо. Другие, "кто ослаб и не может идти, захватываются враждебными силами". Происходит это на каждом шагу, когда в наши духовно-научные представления мы включаем всяческую ложь, распространяемую прессой, харизматическими вождями и массой просто нашептывающих нам на ухо — "доверительно"! Имея причастность к оккультизму, мы в таком случае перманентно творим серую магию, от которой в ужасе бежит прочь свободная духовная жизнь.
Следует открыто признать, что бороться за истину в сложившихся обстоятельствах необыкновенно трудно. Повсюду, на каждом шагу людям подбрасывают "мышиные головы" безумных идей и жупелов, в надежде, что они их примут за "марципан" свободы и демократии. А если и поймут в чем дело, то прежде потеряют массу сил и времени. Все они, "лжепророки" века, такие как Сартр, Маркузе, Фрейд, Юнг, и много-много подобных им, — работают в духе этого метода. Согласно их новейшей теории гуманизма, все народы, культуры духовно равны, "африканский там-там — не ниже скрипки Моцарта" и т. п. Доказывается, что никогда в прошлом на Земле не было каннибализма, но при этом обнаруживают его в нашем веке. Роковую ошибку совершит всякий, вздумавший всерьез опровергать циничную игру цивилизованных варваров, ибо они и сами знают цену своим "теориям".
Не всё из того, с чем мы имеем тут дело теперь, проявилось во времена Рудольфа Штайнера. но суть методов разрушения культуры уже тогда обнаружилась вполне. И он ее изобличал. По поводу, например, психоанализа он говорил: "Это псевдонаука! инфернальная наука! Но сегодня она собирает большую публику. Цель же ее — в незрелых головах привести в хаос мысли и ввести в заблуждение. И нечего удивляться, что повсюду встречаешь теперь эти незрелые головы со спутанными мыслями" ( Тетрадь № 116, S. 48).
В конце века таких голов стало несравненно больше, поскольку инфернализм некоторых сфер науки, культуры и даже религии основательно возрос. Рискованно стало не замечать или даже не желать видеть состояние ума хотя бы у окружающих нас современников, и просто абсурдно — тем из них, кто, по сути, является жертвой политики сокрушения Я-сознания, предоставлять в нашей среде ведущую роль, позволять им определять наше духовное развитие, быть законодателями наших мнений, суждений и даже дел.
Рудольф Штайнер предвидел, что такое время наступит, когда "сатанинская власть станет столь большой, что подступит ко всем образуемым людьми группам... станет действовать от четырех сторон света. И эти группы, малые — Гог — и большие — Магог, — будут все подвержены искушению сатанинской силой" (ИПН. 346, S. 263). Именно это мы теперь и наблюдаем: как ветви и национальные общества постепенно превращаются в "гог и магог", ибо омертвлять, профанировать такой великий дух, каким является Антропософия, способен лишь какой-то особый вид варваров, решившихся творить грех против Духа Святого. Что касается пассивно следующего за ними большинства, то пусть оно знает, что совершает тем "позитивное предательство" Антропософии.

И однако же — Духовная наука!
Мы категорически отвергаем все возражения, делаемые в том духе, что следует-де соблюдать "корректность", высказываться завуалированно, косвенно, не называть имен и проч.
Положение Антропософии критическое. Ее враги ведут себя откровенно цинично, брутально, и потому о делах их нужно говорить открыто, указывать на них пальцем [* Многих еще вводит в заблуждение создаваемая прессой видимость многообразной антропософской деятельности: конференции, доклады, отовсюду звучащие грандиозные слова: любовь, Мистерия Голгофы, задачи антропософов, Михаэль, Карма АО и т. д. и. т. п. Но давайте однажды увидим то, что делается вокруг нас на самом деле. А еще заметим, что если кто-то не угодил "этому народцу" (Фауст), то его имя, именно лично его, станут клясть на всех перекрестках.]. Но все это хотя и необходимые, но лишь предварительные меры. Решающим в сложившихся условиях, говорит Рудольф Штайнер, является овладение интеллектуальностью с помощью силы Михаэля (Ibid.). Это и есть ответ на вопрос: что нам теперь делать? Беда, однако, в том, что мало кто знает, как это делать, как развить михаэлическое мышление.
В нашей личной антропософской работе мы уже не одно десятилетие занимались разработкой именно этого вопроса. Ее результаты опубликованы в книгах "Триединый человек тела, души и духа"( 5 ), "Мистерия Антропософии"; ряд методологических положений мы пытались не только разрабатывать, но и иллюстрировать их действенность в новом мышлении в наших книгах "Ожидающая культура"( 6 ) и "Антропософия на скрещении..." [* Желающие познакомиться с этими книгами в Европе должны их заказывать непосредственно в Moskau-Basel-Verlag, поскольку большинству антропософских книжных магазинов продавать их запрещено.]. Недавно издана еще одна книга, имеющая целью найти подходы к михаэлическому мышлению; она называется "Архангел Михаэль и михаэлиты".( 7 ) На эту же тему мы будем говорить во второй части нашей статьи.


следующая страница >>


izumzum.ru