Этика в философии в. С. Соловьева денисов Владимир Николаевич, доцент кафедры философии и культурологии Академии гуманитарного и соц - polpoz.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Комитет по образованию правительства санкт-петербурга 2 812.95kb.
Родзинский Дмитрий Леонидович – кандидат философских наук, доцент... 1 291.52kb.
Робочая программа учебной дисциплины 2 412.08kb.
1. Алексеева И. Ю.,Шклярик Е. Н. Что такое компьютерная этика? 1 21.72kb.
Обновление гуманитарного образования в россии • К. С. Гаджиев 15 6294.69kb.
Доцент кафедры математического анализа, кандидат физико-математических... 1 18.58kb.
Принцип "честная игра" в системе принципов спортивного права: перспективы... 1 59.81kb.
Матричный анализ 1 43.37kb.
Использование алгоритмов планирования эксперимента в схеме lts-оценивания В. 1 18.43kb.
Отчет кафедры философии и социально-экономических наук о методической... 1 19.97kb.
Учебная программа для специальности: 1-31. 02. 01 География. 1 144.85kb.
Литовченко Ольга Геннадьевна особенности морфофункционального и психофизиологического... 2 644.18kb.
1. На доске выписаны n последовательных натуральных чисел 1 46.11kb.

Этика в философии в. С. Соловьева денисов Владимир Николаевич, доцент кафедры философии - страница №1/1

ЭТИКА В ФИЛОСОФИИ В.С. СОЛОВЬЕВА

Денисов Владимир Николаевич, доцент кафедры философии и культурологии Академии гуманитарного и социального образования, кандидат философских наук.

ГОУВПО «Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина»

philosophy.tsu@mail.ru

Аннотация. В статье рассматривается место и значение этики в философской системе В.С. Соловьева. Анализируются наиболее важные аспекты его этического учения. Особое внимание уделено трактовке Соловьевым природы и сущности морали.

Ключевые слова: всеединство, человек, личность, нравственность, добро, этика.
В.С. Соловьев – один из крупнейших русских философов. Он оказал огромное влияние на развитие русской религиозно- философской мысли, но отношение к нему не всегда было однозначным. Оно колебалось от восторженного почитания до почти полного неприятия [1-4]. Обращаясь сегодня к его философскому наследию, мы, естественно, воспринимаем его идеи через призму современных экономических, социально-политических и духовных реалий в соответствии с собственным общественно-историческим и духовным опытом. И при всей противоречивой палитре мнений по поводу соловьевского творчества несомненно одно: он создал одну из самых интересных и всеохватывающих философских систем в истории философской мысли. При этом очевидно, что многие из проблем, поставленных философом, не потеряли своей актуальности до сих пор. В данной статье хотелось бы проанализировать некоторые аспекты нравственного компонента в его философской системе.

Соловьев предпринял попытку создать целостную систему познания, определяемую философией всеединства, в которой все сферы человеческого бытия были бы подчинены одной общей цели, определяемой идеалами добра и справедливости. Поэтому центральное место в своей философской системе он отвел этике, ибо принципы добра, блага и справедливости определяют вектор поведения человека в природе и обществе, способствуют полноценному развитию личности. Поведение человека в мире невозможно без осознания и оценки действительности, окружающей человека и способствующей формированию его как личности. Среда, окружающая человека, в значительной степени детерминирует все его поступки и проявление его внутренней сущности.

В своем самом фундаментальном труде по теории морали «Оправдание добра» философ ставит своей целью «показать добро как правду» [5, c. 79], то есть единственно верный путь жизни для всех.

Соловьёв указал на два крайние нравственные заблуждения, противоположные друг другу: доктрину самоотрицания человеческой личности перед историческими формами жизни, принятыми как внешний авторитет, - доктрину страдательной покорности или житейского квиэтизма, - и доктрину самоутверждения человеческой личности против всяких исторических форм и авторитетов – доктрину бесформенности и безналичия. То, что составляет общую сущность этих двух крайних воззрений, в чем они сходятся, по мнению Соловьева, заключается в том, что «оба берут добро не по существу, не в нем самом»[5, c.94].

Добрый смысл жизни не может быть принят извне по доверию к какому-нибудь внешнему авторитету, как что-то готовое: он должен быть понят и усвоен самим человеком, его верою, разумом и опытом. Это, по мысли философа, составляет условие нравственно-достойного бытия.

Соловьев исходит из того, что за безусловное смысложизненное основание может быть принято только добро само по себе, добро, которое ничем не обусловлено, но собой все обуславливающее и через все осуществляющееся. В силу этого нравственный смысл жизни определяется самим добром, «доступным нам внутренне через нашу совесть и разум» [5, c. 96].

Соловьев подчеркивает высокое историческое предназначение человека, который в принципе есть ни что иное, как «безусловная внутренняя форма добра как безусловного содержания, все остальное условно и относительно» [5, c. 96]. А жизненная задача человека, «ее нравственный смысл состоит в служении Добру чистому, всестороннему и всесильному» [5, c. 97]. Такое служение должно пройти через сознание личности, чтобы стать добровольным, и быть достойным своего предмета.

В.С.Соловьёв считал, что не достаточно непосредственного нравственного чувства или интуитивного различения между добром и злом, присущего человеку. Мораль нельзя рассматривать как инстинкт. И хотя для определения моральности человеческих действий часто бывает достаточно простого жизненного опыта и обыкновенного здравого смысла, для понимания смысла жизни, смысла истории необходимо теоретическое обоснование нравственного начала, необходимо рациональное понимание этики, что и делается Соловьевым в работе «Оправдание Добра».

Соловьёв обращается к проблеме соотношения этики (нравственной философии) и теоретической философии, и соотношения этики и положительной религии (теологии). В этой связи он обосновывает независимость нравственной философии как от религии, так и от теоретической философии. Имея свой собственный предмет исследования, нравственная философия есть не что иное, как саморефлексия практического разума, познающего себя в своем же собственном деянии: «Нравственность в своем идейном содержании познается тем же разумом, который ее (с этой стороны) создает, следовательно, здесь познание совпадает со своим предметом…» [5, с.106].

В.С. Соловьёв предпринимает попытку доказать имманентную принадлежность нравственности разуму. «Создавая нравственную философию, разум только развивает, на почве опыта, изначально присущую ему идею добра… и постольку не выходит из пределов внутренней своей области», — пишет философ [5, с. 105].

Соловьёв исходит из того, что нравственное сознание человека настоятельно требует осуществления абсолютного добра, какие бы идеи им ни овладевали (религиозные, политические, экономические, гносеологические, метафизические и пр.), и разум может развивать концепцию, соответствующую этому требованию, только руководствуясь идеалом абсолютного добра. Концепция эта включает нравственность в саму логику мышления.

Нравственность, по Соловьёву, обладает свойствами безусловности и безотносительности. И потому она кладется им в основу учения о Всеединстве, ибо без нравственного самосовершенствования мира невозможно действительное Всеединство. Основные проблемы всеединства Соловьев рассматривает чрез призму нравственности. Нравственное тем самым создает систему морального миропорядка, поскольку идея добра пронизывает и природу, и общественно-исторический процесс, и все формы общественного сознания (религию, науку, искусство, право, экономическое сознание), все сферы практической деятельности людей.

Нравственное совершенствование, по В.С. Соловьёву, тождественно социальному прогрессу вообще, повышению бытия с точки зрения нравственного смысла являются ступенями процесса всемирного развития.

В основе системы нравственной философии В.С. Соловьёва лежат три качества или способности человека, которые он называет первичными началами нравственности: стыд, жалость и благоговение. Они даны человеку от природы. Каждое из них отражает разные стороны нравственного опыта человека. В стыде выявляется отношение человека к низшему, к своим естественным влечениям, к материальной природе вообще: человек стыдится своего подчинения ей. Я стыжусь, следовательно, существую, не физически только существую, но и нравственно, полагал В.С. Соловьёв. Жалость характеризует отношение человека к другим людям и вообще живым существам, его переживание чужого страдания, способность к состраданию, в чем проявляется солидарность со всеми живыми существами и другими людьми. В благоговении отражается отношение человека к высшему, перед ним человек преклоняется, проявляя свое благочестие.

Рассматривая генезис нравственных чувств человека, Соловьев указывает, что из трех первичных основ нравственной жизни одна (стыд) является исключительной принадлежностью человека, другая (жалость) свойственна многим животным, а третья (благоговение) лишь в слабой степени присутствует у некоторых высших типов животных. Но, отмечая присутствие зачатков нравственных чувств у животных, философ подчеркивает существенное различие между ними и соответствующими чувствами человека. Животные бывают добрыми и злыми, но различия между добром и злом, как таковыми, не существует в их сознании. У человека же «познание добра и зла не только дано непосредственно в отличительном для него чувстве стыда, но из этой первоосновы, постепенно расширяя и утончая свою конкретно-чувственную форму, оно переходит в виде совести на всю область человеческой этики… нравственная самооценка не может оставаться в простом виде конкретного ощущения, она неизбежно проходит через среду отвлеченного сознания, откуда и выходит в новой форме совести» [5, с. 132-133]. Таким образом, в нравственной сфере человеческой жизнедеятельности совершается освобождение духовных качеств человека от порождающих их природных оснований. Так, чувство благоговения, или преклонения перед высшим, которое в зачаточной степени отмечается у животных, у человека переходит в другую, несравненно более сложную область, в которой человек вступает в объективно-разнообразные отношения не только с другими людьми, но и с Богом как высшей духовной инстанцией.

Итак, стыд, жалость и благоговение – вот три элементарных чувства, из которых вырастает вся область нравственных отношений человека. Из этих трех чувств соловьев выводит все богатство духовной жизни человека: «Господство над материальной чувственностью, солидарность с живыми существами и внутреннее добровольное подчинение сверхчеловеческому началу – вот вечные незыблемые основы нравственной жизни человечества» [5, с. 130].

Соловьев выступает против искусственных попыток оградить полноту нравственной жизни человека. Так, стыд выступает как обязательный регулятор человеческого поведения, удерживает человека от неумеренных чувственных наслаждений. Но стыд – лишь одно из начал нравственности. Другое такое начало философ видит в жалости и альтруизме.

Рассматривая этот нравственный принцип, он говорит о равенстве между людьми: «… Правда требует, чтобы мы относились к подобным себе как к таковым, признавали их равноправность с собою, ставили себя на их место; если же мы, признавая себя за полноправную личность, видим в других лишь пустые личины, то, очевидно, мы отступаем от того, что есть по правде, и наше отношение не есть должное» [5, с. 203].

Третьим началом, на котором зиждется нравственная жизнь человека, - это уверенность его в разумном смысле своего существования. Моральный человек ставит перед собой вопрос: зачем я живу? И отвечает на него: чтобы творить добро. А творить добро он может только в том случае, если верит в его значение, в его обязательность. Соловьев называет это начало религиозным чувством. Добро в своем полном смысле, по мысли философа, «есть дело совершенно общее и вместе с тем совершенно личное, потому что каждый хочет его для себя и для всех и только вместе со всеми может получить его» [5, с. 280].

Итак, Соловьёв полагает нравственность естественным, природным свойством человека, благодаря которому и может осуществиться Всеединство исторического процесса. Нравственная организация заложена в природе человека, опирается на безусловное Добро и осуществляется через всемирную историю. «Принимать безусловно следует только то, что само по себе, по существу своему есть добро. … Человек в принципе или по назначению своему есть безусловная внутренняя форма для добра как безусловного содержания; все остальное условно и относительно. Добро само по себе ничем не обусловлено, оно все собою обуславливает и через все осуществляется. То, что оно ничем не обусловлено, составляет его чистоту; то, что оно все собою обусловливает, есть его полнота, а что оно через все осуществляется, есть его сила, или действенность» [5, с. 96-97].

Но, обращая внимание на природные основания нравственности, Соловьёв вместе с тем связывает нравственность и саму природу человека с Абсолютом. И это очень важно. Человек должен быть устремлен ввысь. Эта связь с Абсолютом не дает человеку возвратиться в животное состояние. «Первичная, естественная нравственность есть не что иное, как реакция духовной природы против грозящего ей подавления и поглощения со стороны низших сил — плотской похоти, эгоизма и диких страстей » [5, с. 134].

Таким образом, действительное начало нравственного совершенствования по Соловьеву содержится в трех основных чувствах, присущих человеческой природе. Но это начало не может быть безусловным основанием нравственности, ему самому необходимо основание. И такое безусловное основание Соловьев видит в Боге. В Боге воплощено абсолютное добро. Материальная природа в совершенную связь с абсолютным может войти только через нас. «Человеческая личность, и, следовательно, каждый единичный человек, есть возможность для осуществления неограниченной действительности, или особая форма бесконечного содержания» [5, с. 282].

Человек ищет добро не только в собственной природе, но и стремится к единению с высшим началом – с Абсолютом. Абсолютное добро является безусловным началом нравственности. Оно предстает перед человеком в качестве высшего идеала, порождает желание стать лучше, вызывает чувство внутреннего подъема, решимость сделать общей задачей жизни совершенствование. Стремление к добру составляет деятельную основу нравственности, задает цель жизни. Добро имеет деятельностный характер: для достижения личного совершенствования и Царства Божия необходим процесс, в котором каждый участвует самостоятельно, добровольно, свободно и активно. Добро дано не только в сознании, но и в деятельности: надо претворить его в жизнь, через человеческие дела реализовать идеал в общественной практике.

Философ считал, что самодеятельность человека, его способность действовать по собственным побуждениям, по мотивам более или менее высокого достоинства, по самому идеалу совершенного добра есть не метафизический вопрос, а факт душевного опыта. Источник духовного самовосхождения личности, движения ее сознания «к более совершенному идеалу личного…универсализма» философ видел в освоении ею культуры человечества: «высшее сознание, или внутренняя самооценка, ставит человека в определенное отношение к целому мировому процессу, как деятельного участника в его цели; ибо, определяя все свои действия идеей добра, человек положительно участвует в общей жизни, лишь поскольку ее цель есть добро» [5, с. 140]. Внутренняя самооценка есть не что иное, как анализ способностей и возможностей творить добро, сделанный на основе сравнения собственной сущности человека с другими подобными ему сущностями, т.е. людьми, соучаствующими в мировом общественном процессе. Идея добра есть норма для сознания и поведения человека.

Но, по Соловьёву, общество, ожидая нравственных действий от личности, само должно быть нравственным и гуманным по отношению к ней: «Степень подчинения лица обществу должна соответствовать степени подчинения самого общества нравственному добру, без чего общественная среда никаких прав на единичного человека не имеет» [5, с. 341]. Каждый человек как нравственное существо имеет право на свободное развитие своих положительных сущностных сил, и предоставить, обеспечить это право личности обязано общество. «Отсюда прямо следует, что никакой человек ни при каких условиях и ни по какой причине, не может рассматриваться как только средство для каких бы то ни было посторонних целей, — он не может быть только средством или орудием ни для блага другого лица, ни для блага целого класса, ни наконец, для так называемого общего блага, т.е. блага большинства других людей»[ 5, с. 345].

В каждой личности мыслитель видит безграничные возможности к совершенствованию. Но эти возможности могут быть реализованы только в обществе.

Отдельный человек является субъектом совершенствования лишь совместно с другими людьми, когда каждый понимает и исполняет общее дело как свое собственное. Выполнение этой задачи, по утверждению Соловьева, зависит не от одних только личных условий существования человека, но и от социальной среды, оно определяется самим ходом мировой истории. Таким образом, личное совершенствование каждого человека не может быть отделено от общего.

В наше непростое время, когда вновь столь остро встали многие нравственные проблемы, волновавшие В.С. Соловьева, его философские идеи не утратили своей значимости и представляются ценным теоретическим опытом осмысления этих проблем.


Литература

  1. Зеньковский В.В. История русской философии. Т. 2 Л., 1991. С. 23.

  2. Лосев А. Ф. Владимир Соловьев и его время. М., 1990.

  3. Мочульский К.В. Владимир Соловьев. Жизнь и учение//Мочульский К.В. Гоголь. Соловьев. Достоевский. М., 1995. С.91.

  4. Рашковский Е.Б. Современное мирознание и философская традиция в России: о сегодняшнем прочтении трудов Вл. Соловьева//Вопросы философии. 1997. № 6.

  5. Соловьёв В.С. Оправдание добра / Соч. в 2 т. Т. 1. М., 1990.